Главная    Дело мастера    Театр – это путешествие


Театр – это путешествие

20 Сентября 2018 16:20
Театр – это путешествие
Театр – это путешествие

Из цикла «Наши люди»

Новый театральный сезон, который вот-вот стартует в Камчатском театре драмы и комедии, обещает быть богатым на сюрпризы. И один из них заключается в кадровом пополнении труппы. В коллектив вошли три новых актёра: артисты Владимир Заварзин и Виталий Шахматов, а также артист театра и кино Вячеслав Воронцов. Кроме того, впервые за много лет в театре появился постоянный режиссёр-постановщик. С ним мы и знакомимся сегодня.

Олег Степанов родом из Пермского края. Перед тем, как связать свою жизнь с театром, окончил цирковое училище. Затем поступил в Российский университет театрального искусства (ГИТИС), учился в мастерской Валерия Гаркалина, в 2006 году получил диплом режиссёра. Жил и работал актёром в Москве. Ставил спектакли в театрах столицы, Волгограда, Караганды, Новошахтинска. С 2012 года работал главным режиссёром Сарапульского драматического театра (республика Удмуртия). Принимал активное участие в работе театральных лабораторий («ПЛАТФОРМА» К. Серебрянникова, Экспериментальная творческая лаборатория О. Лоевского, лаборатория «СамАрта» под руководством драматурга М. Бартенева). В конце августа 2018 года приехал на полуостров с намерением остаться здесь в качестве режиссёра-постановщика Камчатского театра драмы и комедии.

- Олег Юрьевич, складывается впечатление, что у большинства театральных режиссёров жизнь кочевника. Вы странствуете от театра к театру, каждый раз начиная с нуля с новой труппой.

- Да, жизнь, можно сказать, цыганская, - улыбается Олег Степанов, - и так сложилось ещё с советских времён. Режиссёров-постановщиков или главных режиссёров назначали на пять лет, а потом меняли. Как военных. Где-то случалась другая история, когда образовывался коллектив, с которым режиссёр, как творческий лидер, начинал формировать своё направление в театре, и они работали всегда вместе. Но чаще приходится быть странником.

Окончив институт, ты работаешь как очередной режиссёр, мотаешься по городам и сёлам, встречаешься с разными коллективами, заранее не зная, куда попадёшь, в какой переплёт. И я действительно попадал в очень сложные ситуации, из которых выбраться было трудно, и которые оставили серьёзный отпечаток в моей памяти. Но вместе с тем это даёт определённую закалку, учит фильтровать какие-то моменты, не принимать всё близко к сердцу. Иногда что-то может не получиться – учишься это принимать: ну, не получилось – уехал.

Я бы даже сказал, что в этих условиях сложнее всего артистам. Они всегда живут в своём театре, и у них меньше всего выбора. Их назначают на роль, снимают с роли... Они, наверное, более зависимые в этой профессии. И каждый раз вместе с известием «у нас будет новый режиссёр» приходят ожидания новых перспектив, новых удач. Потому что профессия забирает всю жизнь – не просто с восьми до семнадцати отработал, вышел и забыл. Здесь ты занят круглосуточно, погружаешься в работу над ролью и только об этом и думаешь, она тебе снится, ты с ней живёшь бок о бок. Я был актёром и знаю – когда начинаешь работать над ролью, с тобой вдруг начинают происходить точно такие же события, ты словно притягиваешь их.

- Предыдущему месту работы, Сарапульскому драматическому театру, вы посвятили немало времени, восемь лет. И, судя по отзывам, которые можно найти в СМИ, вполне успешно. Почему всё-таки решили ехать дальше?

- Работа в Сарапуле стала для меня очень интересным опытом. Я пришёл в заброшенный театр, о котором никто не знал, и в котором практически не было зрителя. Но там оказалась потрясающая труппа, мы начали работать и вышли на серьёзный российский уровень. Театр зазвучал на фестивалях, постановками стали интересоваться критики, а самое главное, спектакли шли при сплошных аншлагах. Взаимоотношения с труппой у нас были просто идеальные, сложился уникальный микроклимат, когда все готовы на всё, готовы пахать до посинения. Но во всём этом благополучии был существенный минус – у театра не было возможности приглашать других режиссёров, и все спектакли ставил я. По сути, репертуарный театр превратился в авторский, а это перебор. Кроме того, мы так притёрлись и срослись с актёрами, что я стал остро ощущать нехватку критического взгляда и на них, и на себя. А без критического взгляда невозможно работать полноценно. Поэтому я и переехал. На Камчатку меня приглашали ещё два года назад, но тогда вмешались обстоятельства, и пришлось отложить эти планы.

- Впервые за много лет нам объявили, что в Камчатском театре появился постоянный режиссёр. Это большое событие и для коллектива, и для зрителя. Каковы ваши первые впечатления от работы здесь, от Камчатки?

- Мне нравится забираться туда, куда мало кто идёт. После окончания ГИТИСа я жил и работал в Москве, и в какой-то момент очень утомился от этого города, в котором всё нацелено на зарабатывание денег. Для творческой работы это не лучший вариант. Наступил момент, когда мне стало там безумно тоскливо. И я отправился в глубинку.

Мне интересно работать с городской средой, погружаться в жизнь, которая течёт в данном пространстве, смотреть, что можно сделать именно здесь. Я вижу, какая уникальная среда на Камчатке, в первую очередь даже не городская, а природная. Мне кажется, что здесь должны жить какие-то особенные люди, и театр тоже должен быть особенным. Сейчас я пытаюсь проникнуть в это пространство, почувствовать его. Никаких выводов пока нет – всё в процессе.

А что касается работы, то, в творческом смысле, я познакомился ещё не со всей труппой. С частью артистов (в постановке задействованы десять человек) мы готовим музыкальную комедию «Bonаppetit, или Ужин по-французски» по пьесе Марка Камолетти. Эта современная пьеса впитала в себя многие традиции: и комедии дель арте – то есть масок, и комедии положений. Работа движется, всё идёт, как и должно.

- Эта комедия откроет новый театральный сезон?

- Да, премьера состоится 19 октября. Будет музыка, живой вокал, исполнение французских ретро-шлягеров. Я надеюсь, мы сможем произвести интересное впечатление на камчатского зрителя.

- За что возьмётесь дальше? И что бы вам хотелось воплотить на камчатской сцене?

- Планы пока в процессе обсуждения. Я выбрал ряд пьес и передал их художественному руководителю театра на ознакомление.

Вообще, я люблю современную драматургию направления «новая драма». Оно очень интересное, оно задаёт определённый вектор для развития будущего театра, и, чтобы познакомить зрителя с современной драматургией именно этого направления, с октября мы начнём проект «PROчтение». Это будут оформленные читки, своеобразные эскизы спектаклей. Мы прочтём такую драматургию, которая, скорее всего, здесь никогда не будет идти в качестве постановки, потому что вряд ли соберёт полные залы. Но по предыдущему опыту могу сказать, что подобные читки оставляли хорошие отзывы, и зрители даже предпочитали их спектаклям, потому что это что-то новое.

И, безусловно, мне бы хотелось, чтобы здесь возникли имена современных драматургов, более, скажем, «лайтовых», близких публике. Таких, к примеру, как Мартин Макдонах, Иван Вырыпаев. Я надеюсь, что благодаря этому получится привлечь в театр новый слой зрителей, более молодое поколение. Театр должен развиваться, и такая публика более прогрессивна, с большей лёгкостью принимает эксперименты и идёт на них.

Для меня театр, особенно репертуарный, это интеллектуальное путешествие. Когда мы отправляемся в путь, мы никогда точно не знаем, что нас ждёт, это всегда какой-то сюрприз. И, на мой взгляд, самое больше удовольствие прийти в неведомое место, увидеть и открыть для себя что-то новое. Я за то, чтобы всё время открывать что-то новое.

Считаю, что нужно экспериментировать и с различными способами актёрского существования, различными школами, двигаться в разных направлениях. Последняя работа, которую я делал, это театр абсурда – пьеса Сэмюэля Беккета «В ожидании Годо». Когда я решил её поставить в сарапульском театре, многие покрутили пальцем у виска, мол, это же сумасшествие. А мы сделали, и я рад, что не ошибся, потому что люди пришли, и публика всех возрастов очень интересно отнеслась к этому материалу. Я считаю, что если правильно задать зрителю вектор мышления, настроить на то, что театр это всё-таки путешествие, то можно делать всё, что угодно. Конечно, не бросаясь в крайности, мягко и постепенно, искать людей, которые готовы с тобой пойти в этот путь в поиске новых открытий. И потихоньку к ним подтянутся другие.

- Будут ли по-прежнему появляться в репертуаре нашего театра постановки приглашённых режиссёров?

- Обязательно. Это нужно делать, такая практика очень сильно оздоравливает творческий коллектив. Нужно приглашать не только режиссёров, но и художников, художников по свету, потому что обмен опытом, обмен знаниями очень важен.

- В спектакле «Bonаppetit, или Ужин по-французски» вы выступаете и в качестве художника-постановщика. Вам уже пришлось столкнуться с барьерами, которые встают на пути воплощения творческих замыслов из-за отдалённости нашего полуострова?

- Проблемы, действительно, есть, и я уже их ощутил, потому что тот материал, который мне был нужен, стоит здесь баснословных денег, и я не могу его получить. Это сразу ударяет по художественному оформлению спектакля, и меня это сильно смущает. Но надо исходить из того, что есть, и искать выходы, открывать другие возможности. Например, поработать с таким направлением, как видео в театре – здесь ограничений практически нет. Кроме того, сейчас есть гранты, которые позволяют совершенствовать материально-техническую базу театра. Словом, будем смотреть, искать и пробовать.

Эмма КИНАС, РАИ «КАМЧАТКА-ИНФОРМ»

Фотографии:

 
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений




При использовании материалов РАИ «КАМЧАТКА-ИНФОРМ» обязательным условием является размещение активной ссылки на источник