Главная    Новости    Происшествия    Российские заложники пандемии в Сеуле


Российские заложники пандемии в Сеуле

10 апреля 2020 13:04
Российские заложники пандемии в Сеуле

Не правда ли, в последние недели на наших глазах словно разворачиваются воплощения некоторых голливудских фильмов? И все мы в них так или иначе участвуем. Но если некоторые изнывают дома на самоизоляции или жалуются в соцсетях, как трудно выдержать 14 дней карантина, то нашим землякам, застрявшим в аэропорту Сеула, выпали испытания покруче. Вот уже 11-й день они живут в транзитной зоне, предоставленные сами себе: ни власти, ни авиакомпании, ни администрация аэропорта не позаботились ни об их размещении, ни о питании, ни об информировании.

«Похоже, мы граждане Кракожии*...»

Реальность, в которой они оказались, люди сравнивают с воплощением сразу трёх кинематографических суперхитов: «Это «Терминал», «День сурка» и «Голодные игры» одновременно. Только мы не понимаем – мы что, граждане Кракожии? Что происходит?!» - говорят те, кого уже вся страна знает, как «застрявших в Сеуле». Тоже, к слову, готовое название к фильму, или даже сериалу – поскольку кошмарный сюжет всё длится и длится, с каждым днём истощая нервы, силы, здоровье и кошельки людей. Корреспондент агентства «КАМЧАТКА-ИНФОРМ» связался с попавшей в беду жительницей Петропавловска-Камчатского, чтобы узнать, как выживают камчатцы и их товарищи по несчастью, запертые в транзитной зоне.

На данный момент там уже 51 человек, из них 15 детей, пожилая супружеская пара за 80 лет, семья с 4-месячным младенцем, беременная девушка. Семеро из 51 – жители Камчатского края. Наша собеседница Юлия была в числе первых, кто оказался в плену транзитной зоны – её вылет должен был состояться 31 марта. С тех пор люди добавляются в эту команду заложников мировой пандемии почти ежедневно, а вывозные рейсы, на которых они должны были вылететь в Хабаровск, отменялись уже трижды, и люди на данный момент не имеют никакой информации и совершенно разуверились в сообщениях в СМИ, где говорится, что «рейс планируется на завтра». В чём причина этих задержек, никто внятно объяснить пассажирам не может.

Со стороны Сеула (или, как тут уже называют весь остальной мир транзитчики, «воли») тоже есть люди, живущие в аэропорту – они обосновались в зоне регистрации, и условия там мягче хотя бы в том, что ожидающие вылета могут получать помощь от русской общины – питание, вещи, лекарства, и выходить на воздух. В транзитную зону доставить какие-либо продукты крайне сложно (непонятно, почему в данной ситуации не приняты меры, чтобы решить эту странную проблему). Как рассказала наша собеседница, представители российского консульства были у них всего два раза за 11 дней:

- Сначала мы не могли три дня выйти с ними на связь, кучу денег потратили в роуминге, пытаясь дозвониться. После того, как отменили рейс 3 апреля, к нам пришли консулы и принесли тёплые одеяла (здесь довольно прохладно, ходим в куртках), самые необходимые лекарства и продуктовые наборы: по две 1,5-литровых бутылки питьевой воды, по одной пачке лапши, по два апельсина, по два яблока и 200 г помидоров на человека. Больше никакой провизии, ни талонов на питание, ни от авиакомпании, ни от кого, не было и нет, - рассказала наша собеседница Юлия. – Консулы пришли ещё один раз, 6 апреля, сказали, что больше не имеют возможности ничего передавать в транзитную зону, и больше мы их не видим.

Пленники транзитной зоны живут без багажа – они обращались к сотрудникам аэропорта с просьбой хотя бы дать им возможность получить свои вещи. Им было отказано. Так что нет даже элементарных возможностей сменить бельё, воспользоваться своими средствами гигиены и т.д. Душ и питьевые фонтанчики в зоне закрыты. Единственный источник воды – раковины в туалетах.

Все эти дни, один за другим, люди тщетно пытаются достучаться хоть до кого-нибудь из верхов:

- Подняли все контакты, звонили в правительства Хабаровского края и Приморья, и авиадиспетчерам знакомым – пока информации ноль, - говорит наша землячка.

Люди записали видеообращение к президенту страны. Обратной связи нет:

- Нам обратная связь, кроме как от журналистов, не поступает. Единственный эпизод – утром 9 апреля со мной связалась начальник управления пресс-службы врио губернатора Камчатского края и сказала, что власти дальневосточных регионов подписали и направили в Москву обращение, что помощь будет оказана. Но результат пока в том, что рейс не назначен, новые посадочные талоны нам не выданы, и мы сидим здесь, - говорит женщина.

Важную, но непонятную для людей роль в этой ситуации играют анкеты на сайте Госуслуг. Все, кому нужна помощь, чтобы вылететь в Россию, должны заполнить специальные формы на этом портале. Такое решение было озвучено 4 апреля:

- Правительством России была обещана помощь после заполнения заявлений по портале Госуслуг – мы их заполнили 4 апреля, две: на помощь и на вывозной рейс. Через пару дней формат анкет поменялся, ввели одну общую форму, мы заполнили и её. Везде в СМИ проходит информация, что те, кто не заполнили, не попадут на рейс. Мы заполнили все возможные формы, но пока нам ни денежная поддержка, ничего другого не пришло, - рассказывает наша собеседница. - Мы точно знаем, что стоит борт в Хабаровске, и, кажется, во Владивостоке тоже стоит, но говорят, что не набирается необходимое число человек, что якобы не все заполнили эти анкеты на Госуслугах. Но мы здесь – живые люди, нас только камчатцев семеро. 170 человек ждут самолёт! Уже вынуждены собирать все скриншоты направленных анкет – что услуга оказана, чтобы предоставить каким-то властям, потому что большой вопрос, что видят они там, и что заполняем мы здесь.

Рейсов сейчас мало. Поток пассажиров в транзитной зоне небольшой. А постоянно живут здесь – только граждане России.

«Наше проживание – пытка времён геноцида»

Как они устроились в этой дикой ситуации? Как чувствуют себя дети? Сколько денег нужно на выживание за свой счёт? Об этом мы тоже получили откровенный рассказ:

- Часть людей живёт в транзитном отеле, стоимость номера 170 долларов в сутки. Номеров не хватает, жить там постоянно невозможно, потому что у них своя странная система, и периодически из номеров выселяют. Мы в группе приняли решение, что в первую очередь селятся те, кто с детьми, и пожилая пара (их единственных ещё ни разу не выселяли). Постоянно живёт в отеле семья с двумя детьми – с младенцем 4-х месяцев и трёхлетним малышом. Но им уже пришлось пять раз переселяться из номера в номер.

Все остальные живут на мягких пуфиках, на лавках, в транзитной зоне, где можно хотя бы вытянуть ноги, полежать поспать. И там же живут семьи с детьми, у которых нет денег на отель.

Те, кому удалось занять номер в отеле, пускают других членов группы, чтобы они приняли душ, постирали одежду (которую сушим потом здесь же, на креслах). Так и обходимся. Некоторые уже десять дней не видели подушки и постельного белья.

Всё это проживание при постоянном свете и шуме напоминает пытки времён геноцида, когда людей запирали в помещении, и они и спали, и бодрствовали постоянно при свете. Он здесь горит круглосуточно.

Питание – за свой счёт. Работают несколько фудкортов, где минимальная стоимость приёма пищи – от 10 долларов на человека, бутылка воды 400 мл стоит 1 доллар. Можете посчитать, сколько денег уходит, если питаться три раза в день. Выбор невелик. Пончики, фастфуд и корейская еда. Дети уже просто воют. Хотят каши, а ничего такого нет. Супы – только острые корейские. Наша беременная девушка тоже страдает от отсутствия нормальной пищи. И все мы страдаем от нехватки свежего воздуха – особенно дети, конечно. Никто из нас ни разу не был на улице всё это время. У детей уже кровь из носа идёт от нехватки кислорода. Дети спрашивают: «Почему мы здесь? Мы в тюрьме? Мама, когда домой, когда за нами прилетит самолёт?».

Школьники пытаются учиться в этой обстановке, делают уроки – оценки-то надо зарабатывать. Всем миром собираем им какие-то листочки, на которых можно выполнить задание, сфотографировать и отправить в классный чат.

Наши дни, точнее, наш «день сурка», проходит в бесконечном поиске информации, мы все не выпускаем из рук телефоны, непрерывно что-то обсуждаем в группе в WhatsApp, отслеживаем новости, скидываем скриншоты каких-то переписок с влиятельными людьми. Бесконечно заполняем эти анкеты на Госуслугах. И постоянно стоим в очереди, чтобы забронировать номер в транзитный отель.

Расходы у многих семей уже составили от двух до трёх тысяч долларов США. Родственники вынуждены брать кредиты, чтобы мы могли выжить.

Мы уже прошли несколько стадий переживания негативных событий: были и отрицание, и гнев, и депрессия... Когда здесь наконец появились консулы, мы так накинулись на них с возмущением! А когда еду раздавали, это было просто ужасное зрелище – люди, как в советские времена в очереди за каким-то дефицитом, были готовы друг друга разорвать. То же самое происходило с номерами в отель. Люди ругались, кому номер нужнее, настаивали, чтобы выселялись те, кто уже пожил в отеле. А потом просто плюнули, ведь от этого всё равно ничего не изменится. И наступило смирение. А самое страшное, что мы уже к этому всему привыкли. К укладу нашей жизни бедолажной – просыпаемся, и все задачи и организма, и психики, - только на выживание.

Так вам и надо! Сами виноваты!

Беда, в которую попали наши соотечественники, у многих вызывает сочувствие и желание помочь. Огромную помощь оказывает русская община в Сеуле (но, как мы уже упомянули, для транзитной зоны она недоступна). Друзья, знакомые, а в последние дни и незнакомые люди, предлагают деньги – благодаря чему люди могут хотя бы на сутки снять номер в транзитном отеле. Понятно, что в сложившейся обстановке нашим согражданам важна не только материальная, но и моральная поддержка, поскольку их психологическое состояние крайне тяжёлое: «У людей просто последнее чувство собственного достоинства отнимают. Все вынуждены здесь заботиться об удовлетворении базовых потребностей. Не до высоких материй и гуманистических ценностей. Люди думают о том, где накормить ребёнка, как его помыть, где постирать носки и где взять на это денег».

Тем временем в интернете поднялась огромная волна негатива, злорадства в адрес «застрявших в Сеуле». Даже некоторые знакомые пишут, мол, сами виноваты, чего попёрлись отдыхать в период пандемии! Так вам и надо. За таких «комментаторов» – стыдно. Но не обращать внимание на них не у всех получается. Кого-то это больно ранит, кто-то отказывается фотографироваться и участвовать в общих акциях группы.

- Но мы же не преступники, мы никого не убили, не ограбили, - оправдываются пассажиры. – За что нас тут заперли?!

Далеко не все эти люди возвращаются с отдыха. Кто-то летит с учёбы, кто-то едет спасать свой бизнес, на помощь своим сотрудникам, кто-то возвращается с лечения. В группе немало онкобольных.

Те, кто возвращается с отдыха, улетали не в разгар пандемии, а ещё до того, как это слово вошло во все выпуски мировых новостей. Наверное, многие знают, как планируют отдых у нас на Камчатке: ещё осенью надо всё рассчитать на следующий год, встать в график отпусков, копить деньги. Многие поехали именно потому, что всё было запланировано, забронировано и оплачено много месяцев назад. Ехали в благополучные страны. А когда «началось», сразу стали менять билеты, пытаясь вернуться раньше. Но это было нелегко. Стоимость билетов взлетела до 300 тысяч рублей на одного пассажира, и приходилось выбирать менее разорительные маршруты. Например, нашей собеседнице пришлось трижды покупать авиабилеты – границы закрывались на глазах, вылеты отменялись, и люди искали новые возможности вернуться домой. Связывались с представителями авиакомпании, они уверяли, что всё хорошо, и до 5 апреля будут совершены все вывозные рейсы.

И сейчас застрявшие в аэропорту люди ждут рейсы, на которые они купили авиабилеты за свои собственные средства – а не эвакуационный рейс за счёт бюджета Российской Федерации: «А преподносится, что это вывозной рейс за счёт бюджетных средств. Да, может быть, он имеет статус вывозного, но мы же платили за него, и многие – не один раз!», - говорят россияне.

«Мы не знаем нашу дальнейшую судьбу. Никакой информации о предполагаемой дате вылета нет. Здесь мы стали заложниками этой ужасной ситуации , в которой мог оказаться каждый! Мы просто хотели, чтобы нам не мешали вернуться домой, по всем обязательствам авиаперевозчика! Но теперь мы просим помощи! Пожалуйста, откройте небо!!! Дайте улететь домой!!! Ждать больше мы не можем! Это потенциальная угроза жизни и здоровью большей части здоровья граждан: беременные, дети, инсулинозависимые, пожилая женщина с черепно-мозговой травмой..» - говорит еще одна дальневосточница Нина Каменюк.

Семеро камчатцев в транзитной зоне аэропорта «Инчхон» Сеула встречают новый, 11-й, день заточения. Принесёт ли он долгожданное возвращение домой, или продолжит мучения людей?..

На сегодняшний день в аэропортах мира застряли около 35 тысяч человек, пытающихся вернуться в Россию.

*Кракожия – вымышленная страна Восточной Европы, гражданин которой застрял в аэропорту из-за переворота на родине, и был вынужден там жить в фильме «Терминал» (прим. ред.)

Подготовила Эмма КИНАС, РАИ «КАМЧАТКА-ИНФОРМ»

Фото пассажиров, застрявших в аэропорту Инчхон

10 апреля 2020 г.

Фотографии:

Российские заложники пандемии в Сеуле
 
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
 

При использовании материалов РАИ «КАМЧАТКА-ИНФОРМ» обязательным условием является размещение активной ссылки на источник