В родные села – по зову сердец
Еще несколько лет назад ребята из далеких северных сел, приехавшие на учебу в Петропавловск, проходили мимо друг друга в коридорах учебных заведений, не зная имен, не имея общих интересов. Сейчас все изменилось. Коренная молодежь не только объединилась в краевом центре, дав своей команде название «Дружба северян», но и организует молодежный десант в родные села, чтобы всколыхнуть жизнь в глубинке, впустить в нее свежую струю, вдохновить деревенских мальчишек и девчонок на большие дела.
Молодежный десант – это добровольцы общественной организации «Дружба северян», готовые тратить свое время, силы и даже деньги на поездки в районы Камчатки, бесплатно работать там с утра до вечера, а взамен получать незабываемые впечатления, яркие эмоции и новых друзей, зараженных гигантскими планами по самореализации и развитию родных сел. Задумывался молодежный десант как постепенный, ежегодный, объезд всего полуострова, всех его деревень и поселков, с севера на юг. Но жизнь внесла свои коррективы: поездка в самый северный, Пенжинский, район требовала больших средств, и молодежная инициатива опробовалась два года назад в Ковране. Второй десант высадился год назад в Карагинском районе, проработал там месяц и зажег огни «Дружбы северян» в Караге, Оссоре, Тымлате: везде были созданы местные отделения организации, нашлись активисты, готовые вести общественную работу с детьми и молодежью.
Так что осуществляли свою мечту – путешествие по селам Пенжинского района – ребята в этом году уже опытными десантниками. Два месяца они провели, кочуя по всем поселкам: от затерянной в снегах на границе с Магаданской областью крохотной Парени до самой северной на полуострове уютной Аянки.
Чем живут эти маленькие национальные села, как поживает райцентр, к чему стремится пенжинская молодежь? И что заставляет ребят из Петропавловска брать отпуска за свой счет, оставлять семьи и ехать на север – отдавать себя людям? Об этом мы беседуем с основательницей и неутомимой активисткой «Дружбы северян» Галиной КРАВЧЕНКО.
Влюбленные в север
- Галя, каким составом вы ездили, среди десантников были ребята из Пенжинского района?
- Нас было шестеро. Римма Плепова родом из Парени, она уехала оттуда лет в 11, и страстно мечтала побывать в родном поселке. Костя Хечгин – из Аянки. Он занимался спортивным направлением, организовывал соревнования по волейболу, настольному теннису. Яков Попов вырос в Карагинском районе, а накануне отъезда он как раз получил диплом. Яша отлично разбирается в технике, он был незаменим, а кроме того он великолепно танцует и играет на бубне. В Тиличиках к нам присоединились активисты «Дружбы северян» Лиля Родина и Артем Жаравин.
Священнослужитель отец Дмитрий участвовал в десанте второй раз, он был с нами в поездке по Карагинскому району, и настолько прочно вошел в команду, что даже получил ительменское имя Плах, что значит Большой. Правда, через месяц ему пришлось вернуться домой, потому что у него родилась дочка. А его место среди десантников занял отец Константин.
Большой удачей оказалось то, что с нами поехала Ольга Фадеева – художница из Елизова. Это необыкновенно талантливая и одаренная девушка. Она недавно окончила Академический институт живописи, скульптуры и архитектуры им. Репина в Санкт-Петербурге. По профессии художник, Оля увлекается необычными хобби – фехтованием, жонглированием, кельтскими танцами. А еще она безоговорочно влюблена в Север, в национальную культуру его коренных жителей. Она знает наши танцы, песни, фольклор, и мечтает когда-нибудь поселиться в маленьком поселочке и раствориться в гармонии с природой.
В каждом поселке Ольга писала маслом портреты старейшин, уважаемых людей, танцоров, рыбаков. Из поездки мы привезли только фотографии – все портреты были подарены поселкам, и сохранят в себе часть истории для их будущих жителей. А еще Оля успевала заниматься с детьми, которые жадно впитывали новые навыки, с восторгом учились фехтовать, жонглировать, танцевать по-кельтски и с большим интересом участвовали в занятиях по арт-терапии. Оля не могла не отметить, насколько открыты и эмоциональны дети севера, насколько щедро они делятся любовью.
По снежной целине
- Как складывалось путешествие? Налажено ли зимнее сообщение между пенжинскими поселками?
- Путешествие складывалось волшебно, хотя местами и неожиданно, - смеется Галина. – И это не связано напрямую с обычными транспортными проблемами. Потому что мы все-таки были в поселках желанными гостями, и нам старались помогать все: и простые жители, и предприниматели, и руководители учреждений, и администрация. Иной раз мы ехали, и еще не знали, где будем жить в следующем пункте. Но все решалось прямо по пути – встречали кого-то, кто сам предлагал приютить, или наши друзья, живущие в Петропавловске, звонили на родину и говорили: «Там наши к вам едут, уж встречайте!». И нас встречали. Селили. Угощали – несли варенье, юколу, хариуса, кусище лося, крупы, варили горячую уху из свежайшего гольца. На севере по-прежнему силен дух гостеприимства, люди готовы поделиться всем, что имеют.
Везло нам и с транспортом, в этом, в основном, помогали главы администраций: договаривались, чтобы нас взяли на вездеходы, идущие по своим делам. Вообще-то это событие не частое, ездили мы по снежной целине, пробивая дорогу, медленно преодолевая километры пути. Например, из Аянки в Слаутное добирались 6 часов, а из Каменского в Парень – почти сутки, с 11 утра до 6 утра следующего дня. Из Слаутного долго не могли выбраться: то вездеход сломался, то ушел в другую сторону, и задержались там на неделю дольше, чем планировали. В итоге дождались вертолета, который раз в месяц облетает район. На вездеходах нас возили бесплатно, а местным жителям приходится оплачивать проезд: покупать бочку или две топлива, и чем больше народа собирается на «рейс», тем дешевле обходится «билет». А если спутников нет, но срочно надо ехать, то и по 20 тысяч рублей приходится выкладывать.
- И каким оказался ваш маршрут?
- 30 января мы готовы были вылететь из Петропавловска. Везли с собой 216 кг груза, половина из него была сверх нормы, на оплату пошел весь наш денежный НЗ, но ничего страшного. Зато мы привезли в Пенжинский район подарки: спортивный инвентарь, книги, печатную продукцию, игрушки, драгоценный бисер. Из-за погоды вылет перенесся на 3 февраля. Мы прибыли в Тиличики. По плану, в тот же день мы должны были улететь в Аянку, но погода задержала нас на неделю. Мы, конечно, не сидели, сложа руки, и молодежный десант начал работу с Олюторского района.
Потом мы неделю жили в Аянке, две недели – в Слаутном, поработали в Каменском, оттуда на три дня съездили в Парень, вернулись и поехали в Манилы. Два дня поработали в Оклане, и завершили десант неделей в Таловке. Возвращение было просто чудесным: за один день мы улетели на вертолете в Тиличики и оттуда – в Петропавловск. 10 апреля мы были дома.
Жаркая дискотека под небом Аянки
- Вы проводили в поселках, в среднем, по неделе. Чем были заняты эти дни?
- По приезду мы сразу встречались с главами, с руководителями ключевых учреждений: администрации, школы, культурно-досугового центра и т.д. Нас не чуждались, не говорили, мол, мы и так работаем, вы тут не нужны. Напротив, очень радовались, что мы предлагаем большую программу мероприятий.
Занятия шли каждый день в детских садах, в школах, интернатах, в клубах, в спортзалах, с рабочей молодежью. Мы организовывали соревнования по настольному теннису и волейболу, занятия по рукопашному бою, беседы о духовно-нравственном развитии, мастер-классы по национальным танцам, военно-патриотические игры, круглые столы на актуальные для сельской молодежи темы, школы социального успеха, дискотеки за здоровый образ жизни, концерты, вечера памяти Георгия Поротова, Александра Гиля, Сергея Кевевтегина и других. Мы записывали фольклор из уст старейшин, снимали и монтировали видеоролики со старшеклассниками. В каждом поселке и нас чему-то учили.
Везде во время знакомства мы показывали видео, которое записали в Петропавловске: как здесь живут и учатся ребята из Пенжинского района. Озвучено оно было песней о районе, рожденной в Слаутном. Мы сделали современную аранжировку, наши друзья замечательно спели, и получилось такое мощное послание землякам от пенжинской молодежи, что люди в залах подпевали от души и дарили просто шквал аплодисментов. Они видели своих детей, плакали, переполняясь чувствами, потом подходили, делились эмоциями. Это были потрясающие моменты!
В более крупных селах – в Каменском, Манилах – жизнь, конечно, кипит. Я была просто поражена, как там развиты творческие направления, сколько взрослых жителей участвуют в ансамблях, в народном театре. Там очень продвинутые школьники – любознательные, активные, готовые включаться во всевозможные мероприятия, им интересно все, что происходит в мире. В Слаутном крепкие спортивные секции – каждый день и дети, и взрослые занимаются волейболом и настольным теннисом. Есть большой клуб, в котором постоянно проводят какие-либо мероприятия. В нем, правда, очень холодно, но жителей это не пугает. В Аянке нас встречали, как самых дорогих гостей. Мы только приземлились, а люди уже спрашивают: когда концерт? Соскучились по новым лицам, по событиям. Несколько лет назад у них сгорел клуб, и давно уже не было ни концертов, ни дискотек. А между тем есть шикарный национальный ансамбль мальчиков «Дружба», там такие мальчишки танцуют бойкие! Один энтузиаст строит новый клуб своими руками, ему помогают, чем могут. В общем, провели мы там концерт, соревнования по волейболу, мастер-классы… А всем так хотелось дискотеку, что и ее мы решили организовать – прямо на улице, несмотря на 30-градусный мороз! Играли же в футбол – не замерзли. И дискотека получилась веселая, жаркая.
С первого взгляда влюбилась я в Парень. В этой маленькой деревеньке в маленьких домиках живут всего 55 человек, и живут неплохо. Мы помним, как недавно Парень называли вымирающим селом, там не было ни электричества, ни магазинов, никакой цивилизации. Сейчас на всех домах спутниковые тарелки, работает дом культуры, есть магазин (нам рассказывали, что спиртное в нем продают только по праздникам), кузница, в которой мастер делает знаменитые пареньские ножи; в село возвращается молодежь, рождаются дети. Мы попытались возродить там национальный ансамбль, поставили несколько танцев. Попробуем к лету отправить туда инвентарь для настольного тенниса.
- Как живут люди в национальных селах?
- Основные источники питания здесь, как и много лет назад, рыба, ягоды и мясо оленя или лося. В селах есть продуктовые магазины со страшными ценами – мы туда даже не заходили. Но на столе у людей чаще всего рыба – жареная, соленая, уха. До 18 лет я жила в Ковране, и наша семья питалась одной только рыбой. Разнообразие блюд, на самом деле, огромное: вареные головки, сердечки, паштеты, жареные молоки… Рыбу заготавливали бочками, солили, зимой отмачивали, и эту отмоченную рыбу жарили, варили из нее уху. Реже ели нерпу, нерпичий жир, вареную медвежатину.
Вместо чая в селах пьют травяные настои, кипрей, чагу, разведенное водой варенье. Ягоду заготавливают и без сахара – мочонку, хранят ее в холодном погребе.
С юных лет мужчины на севере – охотники и рыбаки. И сейчас в селах много молодежи, и все такие активные, деловые, нянчат детей, работают. Человек с мозгами на севере без работы не сидит, он ее или найдет, или придумает.
Вообще, настроения людей мне понравились, они молодцы, стараются по максимуму использовать все, что у них есть. Но бытовую жизнь в селах надо, конечно, улучшать, и как можно быстрее. До сих пор там живут в домах, в которых с виду обычные квартиры, но нет ни душа, ни туалета, крошечные кухни. Не везде есть дома культуры и спортивные залы – а их отсутствие острее всего мешает развитию трезвого культурного досуга.
Но, не смотря на все это, молодежь понемногу возвращается в родные села. И нельзя не признать, что возможностей для самореализации там – закачаешься! Сегодня в каждом районе, почти в каждом поселке Камчатки созданы отделения «Дружбы северян».
Ростки нового поколения
- Везде мы встречали хороших, красивых сердцем детей и молодежь, которые охотно откликались на наши предложения, позитивно воспринимали идею здорового образа жизни, работы над собой, высказывали собственные мысли по развитию родных сел. Всем понравились занятия в школе социального успеха. Интерес мы пробудили, семена поселяли. Теперь главное – подпитывать их, воодушевлять и давать новую пищу для ума и развития личности, чтобы эти семена дали ростки нового мировоззрения.
Мы планируем уже в этом году провести образовательный слет для молодежи, вытащить сюда активистов, позаниматься с ними, вдохновить. Сейчас я веду переговоры с московскими тренерами по мотивации, по формированию позитивного образа жизни. У нас родились идеи новых проектов, например, проведение в районах молодежных этнолагерей с образовательным компонентом. Назрела необходимость и написания собственных песен – мы видим, что молодежь не расстается с наушниками, и надо задуматься: а что за тексты в них звучат? Чему они учат? А ведь правы были те, кто говорил: «Нам песня строить и жить помогает», песня может зажечь, вдохновить, подарить особое настроение. У нас есть идея – в каждом поселке взять стихи, аранжировать, записать здесь и вернуть туда песню. Также родовые мелодии: обработать их в клубном стиле, какие-то отрывки сплести с современными ритмами, чтобы на дискотеках под них танцевали.
Вот, например, мы написали для слета коренной молодежи песню «Поднимайся, молодежь!» - сейчас она звучит в каждом поселке. На самом деле это очень важно – чтобы после общения, разговоров, мероприятий оставалось что-то живое и ощутимое. И, конечно, мы продолжим молодежные десанты.
- Планов у вас много, а хватит ли сил и средств их воплотить?
- У нас есть цель: перезнакомить, подружить и объединить молодежь всей Камчатки, показать ей разнообразные возможности. Есть желание эту цель осуществить. А силы и средства – приложатся.
Мы постоянно подаем заявки на участие в различных проектах, боремся за гранты (десант в Пенжинский район стал возможен потому, что в прошлом году мы выиграли президентский грант), обращаемся к спонсорам. Наша деятельность обходится примерно в 5 млн. руб. в год – мы проводим огромное количество мероприятий, вкладываем массу труда, и ни копейки не получаем за это. Наше вознаграждение – дружба, радость в глазах, счастливый голос в телефоне: «Я бросил курить!», дипломы об окончании вуза, полученные ребятами, которые когда-то пришли к нам робкими тихонями, или которых приходилось будить по утрам в общежитиях и выгонять на пары. Да, и это тоже – часть нашей работы. Детям севера трудно привыкнуть к дисциплине, мы помогаем им и в этом. К нам же не приходят активные ребята и не говорят: «А давайте перевернем мир!». Вся наша «Дружба северян» как раз для того и заверчена, чтобы формировать активную жизненную позицию у подростков и молодежи.
Беседовала Эмма КИНАС («Камчатский край»), специально для РАИ «КАМЧАТКА-ИНФОРМ». Фото из архива Галины КРАВЧЕНКО
23 мая 2014 г.
Поделиться новостью
Новый парк открыли на берегу Култучного озера в Петропавловске-Камчатском
Новое общественное пространство площадью почти два гектара открылось на берегу Култучного озера в центре Петропавловска-Камчатского. Парк, совместно созданный Сбером и правительством Камчатского края, стал одним из первых крупных объектов в рамках преобразования центральной части краевой столицы.
Парк открыли 30 августа. На праздник пришли жители и гости Петропавловска-Камчатского. В церемонии приняли участие губернатор Камчатского края Владимир Солодов и председатель правления Сбербанка Герман Греф.
Работы на территории, где ранее располагалась этнодеревня, заняли менее четырёх месяцев. За это время на берегу Култучного озера появились панорамный пирс, смотровой павильон с видом на Авачинскую губу, амфитеатр для проведения мероприятий, беседки и защищённые от ветра зоны отдыха. Для детей оборудовали несколько площадок, рассчитанных на разный возраст — от песочниц для малышей до игровых зон для школьников.
При благоустройстве территории отдельное внимание уделили озеленению с учётом камчатского климата. На территории парка высажено 1700 деревьев и больше 15 тысяч кустарников и трав: ель сизая, берёза повислая, ива пендула, клён, рябина, очиток, астильба, кровохлёбка и спиреи. Особого внимания заслуживает восьмиметровая ель. При этом парк постарались не отделять от окружающего ландшафта: его пространство связано с озером, сопками и панорамой Авачинской губы.
По словам Германа Грефа, проект до начала строительства подробно обсуждался с краевыми властями, однако окончательно оценить пространство можно только после завершения работ.
— Мы много раз обсуждали это всё на картинках с губернатором, планировали буквально каждый квадратный метр, но всегда очень интересно посмотреть, что из этого получилось. Мне кажется, это достойный подарок городу и жителям, и в первую очередь молодёжи, — сказал Герман Греф.
При этом работы на территории не заканчиваются. Уже после осмотра парка его создатели определили, что ещё можно добавить. В частности, в следующем году здесь планируют оборудовать кафе с открытой террасой на воде.
Герман Греф отметил, что парк должен стать ориентиром для дальнейшего развития краевой столицы. «Мне кажется, что вот это и есть начало нового Петропавловска и новой Камчатки. После этого объекта уже никогда Петропавловск прежним не будет. Уже задан стандарт, поэтому по этому стандарту будет преобразовываться весь город», — отметил он.
Одним из центральных элементов пространства стала скульптурная композиция, созданная Андреем Асташовым. В оформлении парка использованы образы Камчатки, её природы и коренных жителей полуострова.
Губернатор Владимир Солодов отметил, что главным показателем успешности нового пространства станет отношение к нему самих горожан. Во время открытия он общался с жителями и спрашивал, чего, по их мнению, ещё не хватает.
— Ребята отвечают: «Хочется, чтобы таким стал весь город». И, собственно, это наша задача, к которой мы будем идти. Да, не за один год. Поэтапно будем двигаться к тому, чтобы весь город был таким же продуманным и таким же подготовленным для жизни, комфортным для всех семей. И это то, ради чего мы все трудимся, — рассказал Владимир Солодов.
Открытие парка стало частью более масштабной работы в районе Култучного озера. Следующим этапом должно стать восстановление самого водоёма и прилегающей территории.
— Мы будем очищать Култучное озеро. Это запрос давний, многолетний, этого десятилетия ждали. Уже отрезаны стоки, уже оно очищается, мы видим регенерацию. Но строим очистные, будем после этого вычерпывать всё то, что накопилось, делать фонтаны в центре города, делать прогулочные зоны, продолжать в таком же стиле преображать Петропавловск, делать его городом для жизни, — сказал Владимир Солодов.
Исторически территория вокруг Култучного озера была одним из наиболее посещаемых мест в центре Петропавловска-Камчатского, однако долгое время развивалась фрагментарно. Новый парк должен стать одним из элементов перезапуска всего городского центра.
Открытие нового парка превратилось в большой городской праздник. В течение дня в парке проходили творческие мастер-классы и интерактивные программы. Камчатскую культуру представили выступления ансамблей «Коритэв», «Нулгур» и «Мэнго».
В шоу-программе «Всё начинается здесь» также приняли участие солисты Академии танца Бориса Эйфмана, хоровая капелла имени Евгения Морозова и Центр циркового искусства «Барбарики».
Главным музыкальным событием вечера стал концерт Юрия Николаенко, выступающего под сценическим именем NЮ. Завершился первый большой праздник в новом парке фейерверком.
Михаил ЮДАЕВ, РАИ «КАМЧАТКА-ИНФОРМ», фото автора
Пётр Шпиленок о том, почему судьба диких зверей в руках человека
Фонд защитников природы ведёт на Камчатке, Сахалине и в Магаданской области просветительскую работу в рамках совместного проекта с ВТБ «Земля медведя: правила добрососедства». Но у Фонда и банка есть и другая, не менее важная задача: построить на полуострове место, где смогут лечиться и восстанавливаться дикие животные, пострадавшие по вине человека. Корреспондент «КАМЧАТКА-ИНФОРМ» поговорил с директором Фонда Петром Шпиленком о том, зачем Камчатке такой проект и почему в нём не будет масштабной инфраструктуры.
- Пётр, с какими главными вызовами в спасении животных на Камчатке вы сталкивались на практике, после чего стало окончательно понятно: региону необходим именно такой масштабный центр?
- Человек и дикие животные на Камчатке соседствуют очень тесно, но при этом никакой системной помощи для них здесь просто нет. Лисиц то и дело сбивают машины, находят птиц со сломанными крыльями, находят медвежат, чья мать погибла или пострадала по вине человека. Несколько дней назад на моих глазах утка переводила утят через трассу, её сбили, она была дезориентирована, врезалась в отбойник... Всё это происходит из года в год, и каждый раз непонятно, что с этим делать. Если кого-то и спасают, то силами энтузиастов, на их собственные деньги и своими руками. В регионе есть волонтёры, есть ветеринарная клиника «Крокодил» — одни из наших партнёров по проекту. Они помогают, лечат, делают операции, но держать диких животных до восстановления им попросту негде, у них небольшое помещение в жилом доме. Куда ни посмотри, везде одна и та же картина.
Сразу хочу снять завышенные ожидания. Ничего масштабного в этом центре не будет. Люди слышат слово «центр» и сразу представляют себе что-то вроде дворца. Ничего подобного тут не появится. Вся инфраструктура — вольеры, дом для персонала, кухня для кормов и ветблок, который пока только в проектировании. Но стройка в этом проекте — вообще не главное, ценность в людях и экспертизе. Ветеринары у нас уже есть, реабилитационные центры страны готовы поддерживать нас методически. Собрать вокруг проекта квалифицированную команду — вот в чем наша цель. Вторая цель, к реализации которой мы уже приступили — работать на снижение причин конфликтов, доносить до людей правила поведения в дикой природе, чтобы у центра было как можно меньше «клиентов».
- Вы представляете известную российскую заповедную династию и много лет руководили Кроноцким заповедником. Как ваш личный опыт и опыт борьбы с браконьерством на Камчатке помогли сформировать идеологию этого центра?
- Я вырос в лесу. Первые годы моей жизни семья провела на удалённом кордоне, и диких животных я в детстве видел куда чаще, чем людей, не считая родителей и брата. Так что для меня это никогда не было чем-то абстрактным.
Позже, уже в юности, я участвовал в борьбе с браконьерством на Курильском озере, и там было немало моментов, которые запомнились на всю жизнь. Как-то раз мы сидели в засаде рядом с медведем, попавшим в петлю, и ждали, пока за ним придут браконьеры, чтобы взять их с поличным. Пристрелить зверя, чтобы прекратить его мучения, было нельзя. Ты просто сидишь, слышишь, как ревёт этот медведь, и ненавидишь весь мир. Уже тогда я осознал, что зверям мало охраны на бумаге, им нужна ещё реальная помощь своими руками.
- Известно, что при проектировании вы опирались на лучшие российские практики. Опыт каких отечественных коллег лёг в основу «Земли медведя» и где сотрудники перенимали навыки работы, например, с осиротевшими медвежатами?
- У нас довольно большая партнёрская сеть, мы перенимаем опыт у разных реабилитационных центров страны. Но главных партнёров у нас два. Первый — Госпиталь Дикой Природы — ветеринары, которые специализируются именно на диких животных. Второй — Центр спасения медвежат в Тверской области, основанный Валентином Сергеевичем Пажетновым, который готов полностью поддерживать нас методически в работе.
- Строительство началось в июле. Расскажите, почему в качестве площадки была выбрана именно территория в Елизовском районе, около кордона «Пиначево»? Чем эта локация идеальна для будущих подопечных?
- Тут стоит немного уточнить сроки. Летом мы рассчитывали начать раньше, но оформление земли заняло больше времени, чем планировали, и по факту стройка стартовала только сейчас.
А площадка действительно удачная. Она, с одной стороны, заметно удалена от населённых пунктов. Территория граничит с Налычевским парком, по сути, это дикая природа. В глубине леса и будет идти работа с животными, которые не должны видеть людей. Ближе к дороге расположится ветблок. При этом место сохраняет хорошую транспортную доступность, а это тоже немаловажно.
- Вы подчёркиваете, что Центр не будет вмешиваться в естественные процессы природы. Как на практике провести грань между естественной трагедией (например, истощением зверя) и травмой по вине человека, когда вмешательство действительно необходимо?
- Вопрос философский, но логика у него довольно простая. Есть процессы вроде отношений «хищник-жертва», куда вмешиваться точно не нужно. И есть прямая вина человека, когда зверя сбили, ранили, отбили у браконьеров, помогли освободиться от пластикового «ошейника». Тут реабилитация действительно нужна. Но даже вина тут всё-таки не главное. Куда важнее другой вопрос, сохраняется ли у животного шанс вернуться в дикую природу.
Мы ещё не запустили работу с животными, и заранее всего не предсказать, но базовая позиция такая: в первую очередь принимаем тех, у кого есть шанс на выпуск. Это не зоопарк и не пункт передержки, у центра другая задача. Если кого-то вылечили, а в дикой природе он уже не выживет или слишком привык к человеку, часть таких животных, возможно, останется у нас на постоянной основе. Но превращаться в зоопарк мы точно не хотим.
- Вместе со строительством Центра вы активно развиваете программу «Земля медведя: правила добрососедства». Расскажите подробнее об этой инициативе. Как вы планируете масштабировать просвещение среди местных жителей и потока туристов? Когда можно ждать первые положительные результаты?
- Центр будет заниматься работой с животными, но конфликты практически всегда начинаются с действий человека. Для конкретного зверя, конечно, важно, чтобы его вылечили, но, если смотреть на популяцию в целом, работа с людьми и её результаты значат куда больше. Поэтому программу «Земля медведя: правила добрососедства» мы начали ещё до запуска самого центра. Сюда входит довольно много всего. Форма тут вторична: статья это, лекция, мультфильм, пост в соцсетях или памятка в туристической локации. Цель всегда одна — объяснить, откуда берутся конфликты и как их избежать. Дальше хочется двигаться и в сторону административной работы, например, добиваться, чтобы свалки и помойки были недоступны для медведей. В планах это есть. Просветительская часть тоже продолжит расти.
Быстрых результатов мы не ждём, хорошо, если они появятся в ближайшие 5–10 лет. Это не тот случай, когда на протяжении полугода мы рассказывали людям о безопасном соседстве, и все резко стали вести себя правильно, а конфликты исчезли. Так не бывает. Это долгая, планомерная работа. Похожий путь уже проходили другие страны, и мы, хочется верить, его тоже пройдём. Но безопасность на медвежьей территории зависит от всех: государства, бизнеса, жителей и туристов, а достучаться до каждого — долгий труд.
- Помимо медведей, кто ещё станет потенциальным пациентом Центра? Будет ли здесь развёрнута госпитальная база для реабилитации других диких животных, например, птиц или лисиц?
- Центр создаётся для диких животных Камчатки в целом, медведи — лишь часть нашей будущей работы. Лисицы, птицы, тюлени, любой дикий зверь полуострова, который пострадал по вине человека и у которого, как считают специалисты, ещё есть шанс вернуться в дикую природу, — это и есть наш «клиент».
- Центр строится без бюджетных денег, на частные и корпоративные пожертвования. Кто вас сегодня поддерживает?
- Мы благодарны банку ВТБ — это наш главный партнёр с самого начала проекта, без такой поддержки многого просто не случилось бы. Но одним крупным партнёром дело не ограничивается. Помогают и другие компании, и обычные люди, причём не обязательно крупными суммами. Даже условные сто рублей на самом деле имеют значение. Каждое такое пожертвование — это ещё и знак, что человеку не всё равно, что происходит вокруг него на Камчатке. Так постепенно вокруг проекта складывается настоящее сообщество: фонд, партнёры и сотни людей, которые чувствуют себя частью этой истории. И за это мы благодарны каждому.
- Каким вы видите Центр через 5–10 лет и сможет ли модель «Земли медведя» стать образцом для создания аналогичных центров реабилитации в других заповедных регионах России?
- Загадывать на пять или десять лет вперёд не берусь. Сначала нужно достроить и запустить сам центр, а уже потом разбираться, получится ли из него образец для подражания. Но в России сегодня работает много классных команд, которые двигают природоохранное дело вперёд, каждая на своём участке. Мы не воспринимаем это как конкуренцию, скорее, как общее дело. Чем больше таких центров появится по стране, тем лучше. И если наш опыт кому-то однажды пригодится, будем только рады.
Следить, как продвигается создание центра, можно на сайте проекта: землямедведя.рф
Подготовила Алиса ЩЕДРИНА, РАИ «КАМЧАТКА-ИНФОРМ»
Фото из архива Фонда защитников природы
Инфоблок необходим для работы данного компонента. Инфоблок не задан.
Комментарии(0)