Первая коммунальная: у истоков камчатской энергетики

Первая коммунальная: у истоков камчатской энергетики

22 декабря 2021 14:47
11824

 Первая коммунальная: у истоков камчатской энергетики

Сегодня отмечается День энергетика. В свой профессиональный праздник в пресс-службе ПАО «Камчатскэнерго» рассказали об истории развития отрасли в регионе.        

18 марта 1928 года, в Петропавловске-Камчатском была запущена в работу первая городская коммунальная электростанция. В документах она иногда именуется как Петропавловская электростанция или ГЭС – городская электрическая станция. В штате электростанции значились три человека – заведующий, электромонтер и моторист.

До этого инженер В. Магаринский по поручению ревкома в 1923 году обследовал р. Кирпичная Падь и Крутобереговую для определения возможности строительства на них гидростанций. Каждая из них могла дать не более 20-22 кВт. Этого было мало. По своей инициативе он продолжил работу и изучил гидрологию р. Авача, где наметил место для постройки гидроэлектростанции мощностью около 600 кВТ. Но этого было слишком много для города.

По расчетам В. Магаринского для освещения 217 домов Петропавловска требовалось 2 233 лампочки по 25 свечей, на освещение улиц – 13 тыс. свечей, потребляющих 13 кВт. Выходило, что для города нужна была станция мощностью 100 кВт. (Примечание: сила света 100 Вт современной лампы накаливания примерно равна 100 Свечам (или 100 кандел).

30 декабря 1924 года на заседании губревкома после обсуждения представленных материалов было принято решение: «Устройство станции признать желательным, поручив комхозу детально проработать технический и финансовый план оборудования станции».

К строительству коммунальной станции смогли приступить только в конце 1927 года, когда в Петропавловск доставили дизель «Фербенкс Морзе» мощностью 50 кВт. Известно, что «моховик двигателя везли из порта до электростанции на 40 собаках». В качестве топлива использовалась нефть, доставляемая из Владивостока в железных бочках. Штат станции состоял из трех человек: заведующего, электромонтера и моториста.

Станция находилась по адресу ул. Таможенная,15 (по современной нумерации на улице Советской, 20, на месте снесенной станции потом долгие годы находился магазин №11). На постройку станции было затрачено 67 тыс. рублей, включая стоимость установки 8 км уличной сети.

С 28 марта 1928 года и до 31 декабря она выработала 30 тыс. кВт/час. При той же мощности в 1929 году получили 40, 1930 – 45, 1931 – 82, 1932 - 105 тыс. кВт/час. В 1932 году в Петропавловске имелось 245 зданий общей площадью 21 тыс. кв. м. Станция удовлетворяла нужды города в электрическом освещении на 70%.

Для увеличения мощности на городской коммунальной станции в 1934 году установили двигатель «Отто Дейц» мощностью 65 кВт. Теперь мощность станции достигла 115 кВт. Это позволило в 1936 году получить 207, а в 1937 году – 231 тыс. кВт.ч. Кроме коммунальной, в городе насчитывалось еще 11 ведомственных электростанций, каждая из которых обслуживала своего промышленного потребителя, отпуская часть электроэнергии на коммунальные нужды. Но электроэнергии все равно не хватало для покрытия всех нужд промышленности и населения. При потребности в 730 кВт, установленная мощность всех электростанций достигала всего 450-500 кВт. Это без учета электростанции СРВ, которая работала на нужды верфи и обеспечение электроэнергией расположенного рядом поселка рабочих Индустриальный.

Исходя из этого президиум Камчатского облисполкома 1 августа 1936 года принял решение о строительстве центральной городской электростанции (ТЭЦ) мощностью 12 тыс. кВт. Она должна была заменить собой маломощную городскую коммунальную электростанцию и обеспечить теплом и электроэнергией не только жилищно-коммунальный сектор, но и потребности всех промышленных предприятий города. А уже 4 августа Президиум горсовета депутатов трудящихся принял свое постановление, в котором определил, что станция будет строиться в центральной части города на территории Озерновской кошки у подножия Никольской сопки. Здесь же должны были построить и нефтехранилище. Технический проект был оперативно выполнен Сибирским отделением Электропрома. Пуск станции был намечен на 3 квартал 1938 года. Но… В связи с обострением международной обстановки в Тихоокеанском регионе и с учетом того, что Петропавловск-Камчатский оказался в зоне досягаемости японской военной авиации, от строительства этой ТЭЦ отказались. О мотивах этого решения ничего не известно, возможно, что рассосредоточенность источников энергоснабжения и их локальность в тех условиях показались предпочтительнее.

Для дальнейшего увеличения мощности на городской коммунальной станции в 1938 году установили еще один двигатель - «Зульцер» мощностью 145 кВт. Мощность станции достигла 260 кВт. Если в 1937 году было выработано 231 тыс. кВт.ч., то в 1938 году – 239, в 1939 – 393, в 1940 – 273. План 1940 годы был не выполнен из-за ремонта «Зульцера», на который ушло 880 часов, и 450-часовым простоем дизеля «Отто Дейц» из-за отсутствия топлива. Из-за дефицита электроэнергии, как и в предыдущие годы, во всех учреждениях и жилых домах категорически запрещалось пользоваться электронагревательными приборами и любой бытовой техникой. Свет в квартиры подавался только в вечернее время.

Если в 1928 году обслуживанием коммунальной станции занимались 3 человека, то в начале 1941 – 21 человек. В течение 1940 г. приняли 17 и уволили 24 человека, в том числе по собственному желанию – 11, в связи с призывом в РККА - 2, за нарушение трудовой дисциплины – 5 человек. В соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 года 6 человек было уволено и отдано под суд за неявку и опоздание на работу.

С началом войны отпуск электроэнергии на нужды населения сократился. Так, например, электростанции механической мастерской Акционерного Камчатского Общества (АКО) сократили подачу электроэнергии в поселок АКО (ныне район улицы Ключевской) с 96 до 55%.

Из-за недостатка топлива и частых поломок дизеля городской коммунальной электростанции план по производству электроэнергии выполняли крайне неравномерно: 1941 – 40,8%, 1942 – 100,5%, 1943 – 103,5%, 1944 – 54,2%, 1945 – 111,7%. Персонал прилагал немало усилий, чтобы обеспечивать организации и жилой сектор электрическим освещением.

В годы войны практически ни одно из предприятий города не было полностью укомплектовано кадрами. Касалось это и городской коммунальной электростанции. Проведенная во втором квартале 1941 года проверка показала, что из 24 человек персонала можно без ущерба для производства сократить 4. На 1 января 1942 года при плановой потребности 19 человек на станции работало 15, что позволило сэкономить за год на заработной плате 18 тыс. рублей.

Из-за нехватки квалифицированных мужских рук на электростанции пришли работать женщины. Домохозяйка А.М. Колесник стала мотористом электростанции мехмастерских АКО, бывшая уборщица Н. Герасименко стала хорошим мотористом, выполняя ежемесячно план на 120-130%. На станции морпорта АКО трудилась электромонтером М. Сомова, на электростанции СРВ работала О. Семенникова, мехмастерской АКО – О. Чернышова, на городской коммунальной электростанции Е. Чередова.

После войны к началу 1951 году коммунальная электростанция как самостоятельный объект генерации влачила жалкое существование. Ее оборудование работало на постоянном токе, свет подавался только вечером с наступлением сумерек до 23 - 24 часов. Оборудование - два дизель-генератора мощностью 200 и 300 кВт советского и японского производства - располагалось в деревянном здании из пиленого бруса канадской сосны, но находилось в аварийном состоянии, топлива практически не было.

Для исправления ситуации горисполком пригласил в 1951 году на должность директора городской электростанции 26-летнего начальника электрохозяйства Камчатского гарнизона Павла Ивановича Мизонова. Вот как вспоминает эти дни П. Мизонов: «Заработную плату рабочим не выдавали уже более трех месяцев. Энергию станция получала от электростанции морского порта, да и то в основном для жизненно важных объектов города, по цене 1 руб. 27 коп. кВт/час, а продавала, по решению горисполкома, по 84 копейки кВт/час. Таким образом, каждый киловатт приносил убыток в 43 копейки».

Границы города в то время определялись от озера Култучного до площади Дома Советов (сейчас район Дома офицеров флота), хотя формально они были намного шире. Линии электропередачи были из медного многожильного провода сечением 120 квадратных миллиметров, крепились на хороших деревянных опорах высотой около 12 метров. Свет подавался только на улицы Ленинская, Советская, Красинцев, Партизанская и Нагорная. Топливо на станцию доставлялось в бочкотаре на лошадях, склада ГСМ не было. Вообще, отсутствовало многое необходимое для работы электростанции. Все это было понятно и объяснимо: только закончилась Великая Отечественная война, СССР приступил к восстановлению народного хозяйства, средств не хватало.

Рядом с городской электростанцией находилось управление «Камчатрыбфлот». На месте «Фрезы» располагались мастерские этой организации. Именно там помогли с приходом на должность начальника станции П. Мизонова восстановить оборудование городской электростанции.

В ходе этих работ случались и курьезные ситуации. Для ремонта одного из дизель-генераторов был нужен баббит, которого на электростанции не было. В это время здесь тогда стоял большой пароход «КИМ» («Коммунистический интернационал молодежи»), и рабочие станции знали, что баббит на нем есть. Мизонов дал механику 600 рублей и велел раздобыть баббит. Механик ушел и пропал с деньгами на трое суток. Думали уже, что он утонул или другое что случилось. Все оказалось проще: механик станции просто пропил все деньги со старшим механиком «КИМа», после чего стармех корабля разрешил ему забрать столько этого баббита, сколько тот сможет унести за один раз. Механика лебедкой опустили в трюм, где он схватил намертво пару мешков по 50 килограммов. Так же лебедкой его вытащили наверх, и он по одному дотащил мешки до колючей проволоки, поскольку через проходную пройти, конечно, было нельзя. Так раздобыли необходимый материал и смогли запустить второй дизель-генератор. И уже к осени 1951 года городская электростанция отказалась от покупной электроэнергии морского порта и начала самостоятельно работать на энергоснабжение города.

К 1953 году станция уже располагала по тем временам значительной мощностью: дизель-генераторы иностранного и отечественного производства, в том числе генератор плоскоременной передачи фирмы «Русский дизель»; «Дейч-Верке», подаренный СРВ со списанного танкера «Машук»; «Куббото», привезенный с Курильских островов; 6 ЧН- 30\45 Горьковского завода «Двигатель Революции», 60-50 /30, «Шкода», передвижная электростанция фирмы «Макларен», два мелких дизель-генератора ЭИЭС-50. Были расширены производственные площади, построены градирня, склад дизельного топлива, распределительные сети 0,4 Кв, центральный распределительный пункт и трансформаторные пункты. К этому времени удалось рассчитаться с долгами и перевести город на круглосуточное электроснабжение. Много хлопот было с транспортировкой дизельного топлива с нефтебазы. Но и эту проблему удалось решить: его стали доставлять маломерными танкерами по морю в район мехзавода или Озерновской косы, а уже оттуда бензовозами на станцию. Но все изношенное и требующее постоянных ремонтов оборудование позволяло в часы вечерних максимумов нагрузки (когда давали свет населению) выдавать не более 1 мегаватта мощности.

При этом электростанция приносила большую прибыль в городской бюджет, ее коллектив участвовал во Всероссийском соцсоревновании, организованном Министерством коммунального хозяйства РСФСР, и занимал 2-е и 3-е призовые места. Положительная хозяйственная деятельность принесла свои результаты: был создан директорский денежный фонд, за счет которого приобреталось жилье для работников станции.

По решению облисполкома была предпринята попытка строительства новой городской коммунальной дизельной электростанции в районе поселка Сероглазка, поближе к нефтебазе. Однако работы долго не начинались, и земельный участок, отведенный под застройку, занял рыболовецкий колхоз. Поэтому строительство пришлось перенести в район ул. Тундровой.

Коллектив был крайне заинтересован в пуске новой электростанции. П. Мизонов принял решение создать мобильные бригады. Своими силами было смонтировано четыре дизель-генератора мощностью 1600 кВт, распредустройство и другое необходимое оборудование. Здания станции были возведены строителями, а все земляные работы выполнялись силами заключенных. В 1958 году станция была введена в строй. Некоторое время коллективу пришлось работать на двух электростанциях: на улицах Советская, 20 и на Тундровая, 2. Одновременно прокладывалась кабельная линия между станциями: надо было уложить 4 километра высоковольтного провода.

Но в связи с увеличением потребности города Петропавловска в электрической энергии становилось очевидно, что этих мощностей будет недостаточно. Тогда было принято решение реконструировать новую электростанцию на ул. Тундровой, 2 и увеличить ее мощность в три раза. Это была личная не согласованная с городскими властями и партийными органами личная инициатива П. Мизонова. Благодаря настойчивости П. Мизонова ему удалось в короткие сроки взять ссуду в госбанке и начать расширение станции, а также заказать на заводах страны дизель-генераторы. Но взятой ссуды не хватило на выполнение всего объема работ.

Тогда он пригласил на стройплощадку управляющего госбанком Н. Ермолаева, чтобы показать ему начатые работы и попросить дополнительных средств. Но Ермолаев, вместо помощи, внес на рассмотрение бюро горкома КПСС вопрос о том, что П. Мизонов не по назначению расходует государственные средства, предусмотренные на реконструкцию: вместо реконструкции ведет новое строительство, что является нарушением закона.

Мизонова вызвали на бюро горкома партии и стали «прорабатывать» со всеми вытекающими последствиями. На счастье Мизонова председатель горисполкома, член бюро Ф. Белопотапов, вступил в спор с секретарем горкома А. Пановым. Белопотапов доказывал, что Мизонову надо орден давать за то, что он спасает город от дефицита электроэнергии, а не привлекать его к партийной ответственности. Одновременно за Мизонова заступился и заведующий промышленным отделом горкома партии П. Зиновьев. После небольшой перепалки Мизонова выпроводили из кабинета и устроили совещание. В результате ему дали денег, и реконструкция (строительство) станции была полностью завершена.

Именно эта электростанция стала основной базой в дальнейшем развитии энергетики полуострова и ядром при создании районного управления РЭУ «Камчатскэнерго».

В связи с увеличением мощностей ведомственного электрохозяйства ПСРМЗ и новой электростанции по ул. Тундровой, 2, которые были объединены электросетями и стали работать по единому диспетчерскому графику, первая городская коммунальная электростанция на ул. Советской в 1960 году была выведена в резерв, а в дальнейшем демонтирована.

После создания в 1964 году РЭУ «Камчатскэнерго» городская коммунальная электростанция по ул. Тундровой, а также все ведомственные энергопоезда, разбросанные по городу и всему полуострову дизельные электростанции, вольются в создаваемую единую централизованную систему энергоснабжения полуострова.

И именно в те годы на полуостров приедут энтузиасты, с чьими именами будет связан колоссальный рывок в развитии энергетики: супруги Савчуки, Петрищевы, А. Малько, Н. Зуев, Ю. Виштак, Н. Елин, Ю. Дельнов, В. Колосов, Л. Булочников, В. Любушкин, Л. Безотечество, В. Семчев, В. Козяйкин, А. Ягодинец, А. Соседов, А. Онуфриев, А. Селиванов, В. Кюнсель, Н. Неревяткин, А. Бульбицкий, О. Милиди, В. Ворошилов, В. Шереметьев, В. Вороновицкий и многие-многие другие.

Материал подготовил А. В. Гаврилов. При подготовке публикации использовались материалы краеведческих записок В.М. Хлыпалова, Л.В. Козик, В.И. Борисова.

 

  •  Первая коммунальная: у истоков камчатской энергетики.
  •  Первая коммунальная: у истоков камчатской энергетики.
  •  Первая коммунальная: у истоков камчатской энергетики.
  •  Первая коммунальная: у истоков камчатской энергетики.
  •  Первая коммунальная: у истоков камчатской энергетики.
  •  Первая коммунальная: у истоков камчатской энергетики.
  •  Первая коммунальная: у истоков камчатской энергетики.
  •  Первая коммунальная: у истоков камчатской энергетики.

Поделиться новостью

Инфоблок необходим для работы данного компонента. Инфоблок не задан.

Комментарии(0)

Новый парк открыли на берегу Култучного озера в Петропавловске-Камчатском

31.08.2026
2372
Новый парк открыли на берегу Култучного озера в Петропавловске-Камчатском

Новое общественное пространство площадью почти два гектара открылось на берегу Култучного озера в центре Петропавловска-Камчатского. Парк, совместно созданный Сбером и правительством Камчатского края, стал одним из первых крупных объектов в рамках преобразования центральной части краевой столицы.

Парк открыли 30 августа. На праздник пришли жители и гости Петропавловска-Камчатского. В церемонии приняли участие губернатор Камчатского края Владимир Солодов и председатель правления Сбербанка Герман Греф.

Работы на территории, где ранее располагалась этнодеревня, заняли менее четырёх месяцев. За это время на берегу Култучного озера появились панорамный пирс, смотровой павильон с видом на Авачинскую губу, амфитеатр для проведения мероприятий, беседки и защищённые от ветра зоны отдыха. Для детей оборудовали несколько площадок, рассчитанных на разный возраст — от песочниц для малышей до игровых зон для школьников.

При благоустройстве территории отдельное внимание уделили озеленению с учётом камчатского климата. На территории парка высажено 1700 деревьев и больше 15 тысяч кустарников и трав: ель сизая, берёза повислая, ива пендула, клён, рябина, очиток, астильба, кровохлёбка и спиреи. Особого внимания заслуживает восьмиметровая ель. При этом парк постарались не отделять от окружающего ландшафта: его пространство связано с озером, сопками и панорамой Авачинской губы.

По словам Германа Грефа, проект до начала строительства подробно обсуждался с краевыми властями, однако окончательно оценить пространство можно только после завершения работ.

— Мы много раз обсуждали это всё на картинках с губернатором, планировали буквально каждый квадратный метр, но всегда очень интересно посмотреть, что из этого получилось. Мне кажется, это достойный подарок городу и жителям, и в первую очередь молодёжи, — сказал Герман Греф.

При этом работы на территории не заканчиваются. Уже после осмотра парка его создатели определили, что ещё можно добавить. В частности, в следующем году здесь планируют оборудовать кафе с открытой террасой на воде.

Герман Греф отметил, что парк должен стать ориентиром для дальнейшего развития краевой столицы. «Мне кажется, что вот это и есть начало нового Петропавловска и новой Камчатки. После этого объекта уже никогда Петропавловск прежним не будет. Уже задан стандарт, поэтому по этому стандарту будет преобразовываться весь город», — отметил он.

Одним из центральных элементов пространства стала скульптурная композиция, созданная Андреем Асташовым. В оформлении парка использованы образы Камчатки, её природы и коренных жителей полуострова.

Губернатор Владимир Солодов отметил, что главным показателем успешности нового пространства станет отношение к нему самих горожан. Во время открытия он общался с жителями и спрашивал, чего, по их мнению, ещё не хватает.

— Ребята отвечают: «Хочется, чтобы таким стал весь город». И, собственно, это наша задача, к которой мы будем идти. Да, не за один год. Поэтапно будем двигаться к тому, чтобы весь город был таким же продуманным и таким же подготовленным для жизни, комфортным для всех семей. И это то, ради чего мы все трудимся, — рассказал Владимир Солодов.

Открытие парка стало частью более масштабной работы в районе Култучного озера. Следующим этапом должно стать восстановление самого водоёма и прилегающей территории.

— Мы будем очищать Култучное озеро. Это запрос давний, многолетний, этого десятилетия ждали. Уже отрезаны стоки, уже оно очищается, мы видим регенерацию. Но строим очистные, будем после этого вычерпывать всё то, что накопилось, делать фонтаны в центре города, делать прогулочные зоны, продолжать в таком же стиле преображать Петропавловск, делать его городом для жизни, — сказал Владимир Солодов.

Исторически территория вокруг Култучного озера была одним из наиболее посещаемых мест в центре Петропавловска-Камчатского, однако долгое время развивалась фрагментарно. Новый парк должен стать одним из элементов перезапуска всего городского центра.

Открытие нового парка превратилось в большой городской праздник. В течение дня в парке проходили творческие мастер-классы и интерактивные программы. Камчатскую культуру представили выступления ансамблей «Коритэв», «Нулгур» и «Мэнго».

В шоу-программе «Всё начинается здесь» также приняли участие солисты Академии танца Бориса Эйфмана, хоровая капелла имени Евгения Морозова и Центр циркового искусства «Барбарики».

Главным музыкальным событием вечера стал концерт Юрия Николаенко, выступающего под сценическим именем NЮ. Завершился первый большой праздник в новом парке фейерверком.

Михаил ЮДАЕВ, РАИ «КАМЧАТКА-ИНФОРМ», фото автора

Пётр Шпиленок о том, почему судьба диких зверей в руках человека

30.08.2026
1321
Пётр Шпиленок о том, почему судьба диких зверей в руках человека

Фонд защитников природы ведёт на Камчатке, Сахалине и в Магаданской области просветительскую работу в рамках совместного проекта с ВТБ «Земля медведя: правила добрососедства». Но у Фонда и банка есть и другая, не менее важная задача: построить на полуострове место, где смогут лечиться и восстанавливаться дикие животные, пострадавшие по вине человека. Корреспондент «КАМЧАТКА-ИНФОРМ» поговорил с директором Фонда Петром Шпиленком о том, зачем Камчатке такой проект и почему в нём не будет масштабной инфраструктуры.

- Пётр, с какими главными вызовами в спасении животных на Камчатке вы сталкивались на практике, после чего стало окончательно понятно: региону необходим именно такой масштабный центр?

- Человек и дикие животные на Камчатке соседствуют очень тесно, но при этом никакой системной помощи для них здесь просто нет. Лисиц то и дело сбивают машины, находят птиц со сломанными крыльями, находят медвежат, чья мать погибла или пострадала по вине человека. Несколько дней назад на моих глазах утка переводила утят через трассу, её сбили, она была дезориентирована, врезалась в отбойник... Всё это происходит из года в год, и каждый раз непонятно, что с этим делать. Если кого-то и спасают, то силами энтузиастов, на их собственные деньги и своими руками. В регионе есть волонтёры, есть ветеринарная клиника «Крокодил» — одни из наших партнёров по проекту. Они помогают, лечат, делают операции, но держать диких животных до восстановления им попросту негде, у них небольшое помещение в жилом доме. Куда ни посмотри, везде одна и та же картина.

Сразу хочу снять завышенные ожидания. Ничего масштабного в этом центре не будет. Люди слышат слово «центр» и сразу представляют себе что-то вроде дворца. Ничего подобного тут не появится. Вся инфраструктура — вольеры, дом для персонала, кухня для кормов и ветблок, который пока только в проектировании. Но стройка в этом проекте — вообще не главное, ценность в людях и экспертизе. Ветеринары у нас уже есть, реабилитационные центры страны готовы поддерживать нас методически. Собрать вокруг проекта квалифицированную команду — вот в чем наша цель. Вторая цель, к реализации которой мы уже приступили — работать на снижение причин конфликтов, доносить до людей правила поведения в дикой природе, чтобы у центра было как можно меньше «клиентов».

- Вы представляете известную российскую заповедную династию и много лет руководили Кроноцким заповедником. Как ваш личный опыт и опыт борьбы с браконьерством на Камчатке помогли сформировать идеологию этого центра?

- Я вырос в лесу. Первые годы моей жизни семья провела на удалённом кордоне, и диких животных я в детстве видел куда чаще, чем людей, не считая родителей и брата. Так что для меня это никогда не было чем-то абстрактным.

Позже, уже в юности, я участвовал в борьбе с браконьерством на Курильском озере, и там было немало моментов, которые запомнились на всю жизнь. Как-то раз мы сидели в засаде рядом с медведем, попавшим в петлю, и ждали, пока за ним придут браконьеры, чтобы взять их с поличным. Пристрелить зверя, чтобы прекратить его мучения, было нельзя. Ты просто сидишь, слышишь, как ревёт этот медведь, и ненавидишь весь мир. Уже тогда я осознал, что зверям мало охраны на бумаге, им нужна ещё реальная помощь своими руками.

- Известно, что при проектировании вы опирались на лучшие российские практики. Опыт каких отечественных коллег лёг в основу «Земли медведя» и где сотрудники перенимали навыки работы, например, с осиротевшими медвежатами?

- У нас довольно большая партнёрская сеть, мы перенимаем опыт у разных реабилитационных центров страны. Но главных партнёров у нас два. Первый — Госпиталь Дикой Природы — ветеринары, которые специализируются именно на диких животных. Второй — Центр спасения медвежат в Тверской области, основанный Валентином Сергеевичем Пажетновым, который готов полностью поддерживать нас методически в работе.

- Строительство началось в июле. Расскажите, почему в качестве площадки была выбрана именно территория в Елизовском районе, около кордона «Пиначево»? Чем эта локация идеальна для будущих подопечных?

- Тут стоит немного уточнить сроки. Летом мы рассчитывали начать раньше, но оформление земли заняло больше времени, чем планировали, и по факту стройка стартовала только сейчас.

А площадка действительно удачная. Она, с одной стороны, заметно удалена от населённых пунктов. Территория граничит с Налычевским парком, по сути, это дикая природа. В глубине леса и будет идти работа с животными, которые не должны видеть людей. Ближе к дороге расположится ветблок. При этом место сохраняет хорошую транспортную доступность, а это тоже немаловажно.

- Вы подчёркиваете, что Центр не будет вмешиваться в естественные процессы природы. Как на практике провести грань между естественной трагедией (например, истощением зверя) и травмой по вине человека, когда вмешательство действительно необходимо?

- Вопрос философский, но логика у него довольно простая. Есть процессы вроде отношений «хищник-жертва», куда вмешиваться точно не нужно. И есть прямая вина человека, когда зверя сбили, ранили, отбили у браконьеров, помогли освободиться от пластикового «ошейника». Тут реабилитация действительно нужна. Но даже вина тут всё-таки не главное. Куда важнее другой вопрос, сохраняется ли у животного шанс вернуться в дикую природу.

Мы ещё не запустили работу с животными, и заранее всего не предсказать, но базовая позиция такая: в первую очередь принимаем тех, у кого есть шанс на выпуск. Это не зоопарк и не пункт передержки, у центра другая задача. Если кого-то вылечили, а в дикой природе он уже не выживет или слишком привык к человеку, часть таких животных, возможно, останется у нас на постоянной основе. Но превращаться в зоопарк мы точно не хотим.

- Вместе со строительством Центра вы активно развиваете программу «Земля медведя: правила добрососедства». Расскажите подробнее об этой инициативе. Как вы планируете масштабировать просвещение среди местных жителей и потока туристов? Когда можно ждать первые положительные результаты?

- Центр будет заниматься работой с животными, но конфликты практически всегда начинаются с действий человека. Для конкретного зверя, конечно, важно, чтобы его вылечили, но, если смотреть на популяцию в целом, работа с людьми и её результаты значат куда больше. Поэтому программу «Земля медведя: правила добрососедства» мы начали ещё до запуска самого центра. Сюда входит довольно много всего. Форма тут вторична: статья это, лекция, мультфильм, пост в соцсетях или памятка в туристической локации. Цель всегда одна — объяснить, откуда берутся конфликты и как их избежать. Дальше хочется двигаться и в сторону административной работы, например, добиваться, чтобы свалки и помойки были недоступны для медведей. В планах это есть. Просветительская часть тоже продолжит расти.

Быстрых результатов мы не ждём, хорошо, если они появятся в ближайшие 5–10 лет. Это не тот случай, когда на протяжении полугода мы рассказывали людям о безопасном соседстве, и все резко стали вести себя правильно, а конфликты исчезли. Так не бывает. Это долгая, планомерная работа. Похожий путь уже проходили другие страны, и мы, хочется верить, его тоже пройдём. Но безопасность на медвежьей территории зависит от всех: государства, бизнеса, жителей и туристов, а достучаться до каждого — долгий труд.

- Помимо медведей, кто ещё станет потенциальным пациентом Центра? Будет ли здесь развёрнута госпитальная база для реабилитации других диких животных, например, птиц или лисиц?

- Центр создаётся для диких животных Камчатки в целом, медведи — лишь часть нашей будущей работы. Лисицы, птицы, тюлени, любой дикий зверь полуострова, который пострадал по вине человека и у которого, как считают специалисты, ещё есть шанс вернуться в дикую природу, — это и есть наш «клиент».

- Центр строится без бюджетных денег, на частные и корпоративные пожертвования. Кто вас сегодня поддерживает?

- Мы благодарны банку ВТБ — это наш главный партнёр с самого начала проекта, без такой поддержки многого просто не случилось бы. Но одним крупным партнёром дело не ограничивается. Помогают и другие компании, и обычные люди, причём не обязательно крупными суммами. Даже условные сто рублей на самом деле имеют значение. Каждое такое пожертвование — это ещё и знак, что человеку не всё равно, что происходит вокруг него на Камчатке. Так постепенно вокруг проекта складывается настоящее сообщество: фонд, партнёры и сотни людей, которые чувствуют себя частью этой истории. И за это мы благодарны каждому.

- Каким вы видите Центр через 5–10 лет и сможет ли модель «Земли медведя» стать образцом для создания аналогичных центров реабилитации в других заповедных регионах России?

- Загадывать на пять или десять лет вперёд не берусь. Сначала нужно достроить и запустить сам центр, а уже потом разбираться, получится ли из него образец для подражания. Но в России сегодня работает много классных команд, которые двигают природоохранное дело вперёд, каждая на своём участке. Мы не воспринимаем это как конкуренцию, скорее, как общее дело. Чем больше таких центров появится по стране, тем лучше. И если наш опыт кому-то однажды пригодится, будем только рады.

Следить, как продвигается создание центра, можно на сайте проекта: землямедведя.рф

Подготовила Алиса ЩЕДРИНА, РАИ «КАМЧАТКА-ИНФОРМ»
Фото из архива Фонда защитников природы

Страницы: 1 2 3 4 5 ... 142 След.