«День театра кукол – для меня день рождения!»
21 марта отмечается международный День театра кукол. И очень даже может быть, что это не просто совпадение Дня кукольника - с днём рождения театрального художника Софьи Бодиловской. РАИ «КАМЧАТКА-ИНФОРМ» сообщало об обоюдной удаче совместной работы Камчатского театра кукол, режиссёра-постановщика Ивана Карпова и художника-постановщика Софьи Бодиловской. Они поставили здесь на Камчатке спектакли: «Любопытный Слонёнок», «Сказка про ненастоящую птицу» и «Тёплый Север», который принял участие во Всероссийской программе Министерства культуры РФ «Большие гастроли».
Вашему вниманию небольшой рассказ Софьи Дмитриевны о себе, о театре, о профессии: «Впервые я столкнулась с Волшебством практически в самом начале своей жизни. Мне было около двух, трёх лет, когда меня привели на первую мою новогоднюю ёлку в театр кукол. В памяти фейерверком вспыхивают яркие картинки и образы: подготовка новогоднего костюма, аквариумы с рыбками по периметру холла, огромная блестящая ёлка в центре, благоговение в ожидании чуда и, конечно, сказочные персонажи. Что это были за герои? Уже точно не назовёшь, - они проносятся, как стремительный, блестящий, радостно шумный хоровод. Но точно помню ощущение, когда один из них взял мою ладонь, - его рука оказалась колючей. В детской голове тогда сразу возникла аналогия - Ёжик! Шебутной, весёлый Ёжик. Я тогда совершенно искренне верила, что этот колючий друг вполне естественно пришёл веселиться вокруг чудесной новогодней ёлки. Вот это Волшебство! С театром кукол я никогда не расставалась надолго. Часто ходила на один и тот же спектакль по несколько раз, но снова и снова смотрела его с не гаснущим восторгом и замиранием. Причём, могу открыть зрителям маленький секрет, если одно и то же действие наблюдать с различных точек, с разных мест (кресел), то открываются новые детали, увеличивается палитра впечатлений. Шёл год за годом. Я взрослела и начинала понимать, осмыслять происходящее на сцене. Но, чудо не стало обыкновенным, я продолжала видеть Волшебство. Как это возможно?! Как у них это получается?! Летающие по сцене птицы и бабочки, озорные солнечные зайчики, золото, которое появлялось из пустого горшочка или скатерть-самобранка. Меня, как в первый раз, волновали все эти удивительные превращения и чудеса.
Ребята-зрители постарше и помладше, мои сверстники - входили в зал по звонку, а после аплодисментов и закрытия занавеса шли домой, а у меня была уникальная возможность видеть театр изнутри. Моя бабушка актриса театра кукол, и поэтому мне, как «своему» человеку, дозволялись некоторые вольности. Мне иногда разрешалось, под честное обещание ничего не испортить, подняться на сцену и заглянуть за кулисы после спектакля. О, это было захватывающее чувство! После яркого представления с музыкой, светом, игрой актёров, закулисье казалось совершенно другим миром: тёмным, тихим, даже мистическим. Захватывающим, волшебным, любопытным. Благодаря этим походам «в зазеркалье», за сцену, во мне начал просыпаться исследователь. Хотелось выяснить: а как же всё это работает, как получается у них (актёров) оживлять все эти чудовины? И я стала всматриваться в начинку того или иного сценического механизма, в устройство театральной куклы. Какое я испытала удовлетворение, когда узнала, как же появлялось то самое золото из пустого горшочка! Словно взошла на вершину, меня распирала гордость: «Я – знаю!». При этом ощущение волшебства не рассеялось, не испарилось. Из зала я всё с тем же замиранием следила за тем, как после слов чародея, появлялось золото в горшочке.
Много было спектаклей в моей жизни. Вживились в память - спектакль «Караван-сарай» режиссёра Юрия Уткина, театральные истории Бориса Саламчева. В частности, его спектакль «Сказки бабушки Ани», в котором мне повезло участвовать - играть. Спектакли Бориса Михайловича завораживали, в них чувствовался шарм, характер, стиль присущий только ему - режиссёру Борису Саламчеву. Благодаря этим постановкам во мне стало формироваться и крепнуть желание стать полноправным участником в создании этих невероятных и чудных историй. И я решила посвятить свою жизнь театру кукол.
Сейчас за моими плечами художественное образование, завершение обучения в театральной академии, череда творческих проектов. И вот нас, молодых специалистов - режиссёра Ивана Карпова и меня, приглашают в Камчатский театр кукол на постановку «Любопытный слонёнок» по мотивам сказки Редьярда Киплинга. С большим воодушевлением еду в этот таинственный Камчатский край. Огромное значение в становлении играет та атмосфера, то общество, в которое человек попадает в начале своего профессионального пути. И я с полной уверенностью говорю, что мне невероятно повезло попасть именно в такую атмосферу, в такую ауру. В Камчатском театре кукол, я словно вернулась в детство, в тот уютный, надёжный, добрый мир сказки. Работать в таком коллективе было одно удовольствие! С этими людьми - актёрами, художниками и мастерами столярного, конструкторского и бутафорского цехов – всё время хотелось что-то придумывать, творить и создавать вместе. Я бесконечно благодарна за поддержку художественному руководителю Зиновию Ефимовичу Кужелеву. Светлая ему Память. Большое Спасибо, всему художественно-постановочному цеху. Лично Сергею Цолаковичу Саргсяну. Без их помощи, наверное, ничего бы не вышло со спектаклем. Они буквально исполняли любую мою творческую прихоть: всё, что нужно было раздобыть - добывали, что нужно было сделать - делали. В результате творческой свободы, взаимопомощи и полной отдачи всего коллектива театра родился замечательный спектакль «Любопытный слонёнок». И мы согласились, не раздумывая, когда нас вновь пригласили в театр на Камчатку с новым проектом. Работать с теми, кто целиком отдаёт себя творчеству, созиданию – это высшая степень удовольствия. Помню, был момент, когда мы расписывали занавес батиком к спектаклю «Тёплый север». Полотно большое - работа трудоёмкая, делать всё надо быстро, на весу и прямо на сцене. Я попросила помочь художника-бутафора Анну Боброву и художника-декоратора Екатерину Черешкову. И что вы думаете, в итоге к нам подключились и актёры, и режиссёр, и мастер сцены, и художник по свету. Все вместе мы сушили и подкрашивали этот огромный занавес.
А вот ещё случай, - по задумке к спектаклю «Сказка про ненастоящую птицу», мне нужно было найти дерево. Я только подумала, и тут же оказалась на участке Анны Бобровой, где водитель театра Роберт Исаханян уже пилит подходящий тополь. Сказочная взаимопомощь!
В процессе работы я постоянно взаимодействую с художественно-постановочной частью, но и работа актёров не проходит мимо меня. Эти добрые, отзывчивые люди большие мастера своего дела. Актёры вдыхают жизнь во всё то, что мы создаём с цехами. И это волшебно!
Мне бы очень хотелось пожелать коллективу Камчатского театра кукол всегда оставаться таким же сплочённым и готовым к взаимопомощи. У Вас много друзей. Мы большая кукольная Семья. И мы все творим одно большое Волшебство».
Записал Стас Зверев, мастер сцены Камчатского театра кукол
Поделиться новостью
Новый парк открыли на берегу Култучного озера в Петропавловске-Камчатском
Новое общественное пространство площадью почти два гектара открылось на берегу Култучного озера в центре Петропавловска-Камчатского. Парк, совместно созданный Сбером и правительством Камчатского края, стал одним из первых крупных объектов в рамках преобразования центральной части краевой столицы.
Парк открыли 30 августа. На праздник пришли жители и гости Петропавловска-Камчатского. В церемонии приняли участие губернатор Камчатского края Владимир Солодов и председатель правления Сбербанка Герман Греф.
Работы на территории, где ранее располагалась этнодеревня, заняли менее четырёх месяцев. За это время на берегу Култучного озера появились панорамный пирс, смотровой павильон с видом на Авачинскую губу, амфитеатр для проведения мероприятий, беседки и защищённые от ветра зоны отдыха. Для детей оборудовали несколько площадок, рассчитанных на разный возраст — от песочниц для малышей до игровых зон для школьников.
При благоустройстве территории отдельное внимание уделили озеленению с учётом камчатского климата. На территории парка высажено 1700 деревьев и больше 15 тысяч кустарников и трав: ель сизая, берёза повислая, ива пендула, клён, рябина, очиток, астильба, кровохлёбка и спиреи. Особого внимания заслуживает восьмиметровая ель. При этом парк постарались не отделять от окружающего ландшафта: его пространство связано с озером, сопками и панорамой Авачинской губы.
По словам Германа Грефа, проект до начала строительства подробно обсуждался с краевыми властями, однако окончательно оценить пространство можно только после завершения работ.
— Мы много раз обсуждали это всё на картинках с губернатором, планировали буквально каждый квадратный метр, но всегда очень интересно посмотреть, что из этого получилось. Мне кажется, это достойный подарок городу и жителям, и в первую очередь молодёжи, — сказал Герман Греф.
При этом работы на территории не заканчиваются. Уже после осмотра парка его создатели определили, что ещё можно добавить. В частности, в следующем году здесь планируют оборудовать кафе с открытой террасой на воде.
Герман Греф отметил, что парк должен стать ориентиром для дальнейшего развития краевой столицы. «Мне кажется, что вот это и есть начало нового Петропавловска и новой Камчатки. После этого объекта уже никогда Петропавловск прежним не будет. Уже задан стандарт, поэтому по этому стандарту будет преобразовываться весь город», — отметил он.
Одним из центральных элементов пространства стала скульптурная композиция, созданная Андреем Асташовым. В оформлении парка использованы образы Камчатки, её природы и коренных жителей полуострова.
Губернатор Владимир Солодов отметил, что главным показателем успешности нового пространства станет отношение к нему самих горожан. Во время открытия он общался с жителями и спрашивал, чего, по их мнению, ещё не хватает.
— Ребята отвечают: «Хочется, чтобы таким стал весь город». И, собственно, это наша задача, к которой мы будем идти. Да, не за один год. Поэтапно будем двигаться к тому, чтобы весь город был таким же продуманным и таким же подготовленным для жизни, комфортным для всех семей. И это то, ради чего мы все трудимся, — рассказал Владимир Солодов.
Открытие парка стало частью более масштабной работы в районе Култучного озера. Следующим этапом должно стать восстановление самого водоёма и прилегающей территории.
— Мы будем очищать Култучное озеро. Это запрос давний, многолетний, этого десятилетия ждали. Уже отрезаны стоки, уже оно очищается, мы видим регенерацию. Но строим очистные, будем после этого вычерпывать всё то, что накопилось, делать фонтаны в центре города, делать прогулочные зоны, продолжать в таком же стиле преображать Петропавловск, делать его городом для жизни, — сказал Владимир Солодов.
Исторически территория вокруг Култучного озера была одним из наиболее посещаемых мест в центре Петропавловска-Камчатского, однако долгое время развивалась фрагментарно. Новый парк должен стать одним из элементов перезапуска всего городского центра.
Открытие нового парка превратилось в большой городской праздник. В течение дня в парке проходили творческие мастер-классы и интерактивные программы. Камчатскую культуру представили выступления ансамблей «Коритэв», «Нулгур» и «Мэнго».
В шоу-программе «Всё начинается здесь» также приняли участие солисты Академии танца Бориса Эйфмана, хоровая капелла имени Евгения Морозова и Центр циркового искусства «Барбарики».
Главным музыкальным событием вечера стал концерт Юрия Николаенко, выступающего под сценическим именем NЮ. Завершился первый большой праздник в новом парке фейерверком.
Михаил ЮДАЕВ, РАИ «КАМЧАТКА-ИНФОРМ», фото автора
Пётр Шпиленок о том, почему судьба диких зверей в руках человека
Фонд защитников природы ведёт на Камчатке, Сахалине и в Магаданской области просветительскую работу в рамках совместного проекта с ВТБ «Земля медведя: правила добрососедства». Но у Фонда и банка есть и другая, не менее важная задача: построить на полуострове место, где смогут лечиться и восстанавливаться дикие животные, пострадавшие по вине человека. Корреспондент «КАМЧАТКА-ИНФОРМ» поговорил с директором Фонда Петром Шпиленком о том, зачем Камчатке такой проект и почему в нём не будет масштабной инфраструктуры.
- Пётр, с какими главными вызовами в спасении животных на Камчатке вы сталкивались на практике, после чего стало окончательно понятно: региону необходим именно такой масштабный центр?
- Человек и дикие животные на Камчатке соседствуют очень тесно, но при этом никакой системной помощи для них здесь просто нет. Лисиц то и дело сбивают машины, находят птиц со сломанными крыльями, находят медвежат, чья мать погибла или пострадала по вине человека. Несколько дней назад на моих глазах утка переводила утят через трассу, её сбили, она была дезориентирована, врезалась в отбойник... Всё это происходит из года в год, и каждый раз непонятно, что с этим делать. Если кого-то и спасают, то силами энтузиастов, на их собственные деньги и своими руками. В регионе есть волонтёры, есть ветеринарная клиника «Крокодил» — одни из наших партнёров по проекту. Они помогают, лечат, делают операции, но держать диких животных до восстановления им попросту негде, у них небольшое помещение в жилом доме. Куда ни посмотри, везде одна и та же картина.
Сразу хочу снять завышенные ожидания. Ничего масштабного в этом центре не будет. Люди слышат слово «центр» и сразу представляют себе что-то вроде дворца. Ничего подобного тут не появится. Вся инфраструктура — вольеры, дом для персонала, кухня для кормов и ветблок, который пока только в проектировании. Но стройка в этом проекте — вообще не главное, ценность в людях и экспертизе. Ветеринары у нас уже есть, реабилитационные центры страны готовы поддерживать нас методически. Собрать вокруг проекта квалифицированную команду — вот в чем наша цель. Вторая цель, к реализации которой мы уже приступили — работать на снижение причин конфликтов, доносить до людей правила поведения в дикой природе, чтобы у центра было как можно меньше «клиентов».
- Вы представляете известную российскую заповедную династию и много лет руководили Кроноцким заповедником. Как ваш личный опыт и опыт борьбы с браконьерством на Камчатке помогли сформировать идеологию этого центра?
- Я вырос в лесу. Первые годы моей жизни семья провела на удалённом кордоне, и диких животных я в детстве видел куда чаще, чем людей, не считая родителей и брата. Так что для меня это никогда не было чем-то абстрактным.
Позже, уже в юности, я участвовал в борьбе с браконьерством на Курильском озере, и там было немало моментов, которые запомнились на всю жизнь. Как-то раз мы сидели в засаде рядом с медведем, попавшим в петлю, и ждали, пока за ним придут браконьеры, чтобы взять их с поличным. Пристрелить зверя, чтобы прекратить его мучения, было нельзя. Ты просто сидишь, слышишь, как ревёт этот медведь, и ненавидишь весь мир. Уже тогда я осознал, что зверям мало охраны на бумаге, им нужна ещё реальная помощь своими руками.
- Известно, что при проектировании вы опирались на лучшие российские практики. Опыт каких отечественных коллег лёг в основу «Земли медведя» и где сотрудники перенимали навыки работы, например, с осиротевшими медвежатами?
- У нас довольно большая партнёрская сеть, мы перенимаем опыт у разных реабилитационных центров страны. Но главных партнёров у нас два. Первый — Госпиталь Дикой Природы — ветеринары, которые специализируются именно на диких животных. Второй — Центр спасения медвежат в Тверской области, основанный Валентином Сергеевичем Пажетновым, который готов полностью поддерживать нас методически в работе.
- Строительство началось в июле. Расскажите, почему в качестве площадки была выбрана именно территория в Елизовском районе, около кордона «Пиначево»? Чем эта локация идеальна для будущих подопечных?
- Тут стоит немного уточнить сроки. Летом мы рассчитывали начать раньше, но оформление земли заняло больше времени, чем планировали, и по факту стройка стартовала только сейчас.
А площадка действительно удачная. Она, с одной стороны, заметно удалена от населённых пунктов. Территория граничит с Налычевским парком, по сути, это дикая природа. В глубине леса и будет идти работа с животными, которые не должны видеть людей. Ближе к дороге расположится ветблок. При этом место сохраняет хорошую транспортную доступность, а это тоже немаловажно.
- Вы подчёркиваете, что Центр не будет вмешиваться в естественные процессы природы. Как на практике провести грань между естественной трагедией (например, истощением зверя) и травмой по вине человека, когда вмешательство действительно необходимо?
- Вопрос философский, но логика у него довольно простая. Есть процессы вроде отношений «хищник-жертва», куда вмешиваться точно не нужно. И есть прямая вина человека, когда зверя сбили, ранили, отбили у браконьеров, помогли освободиться от пластикового «ошейника». Тут реабилитация действительно нужна. Но даже вина тут всё-таки не главное. Куда важнее другой вопрос, сохраняется ли у животного шанс вернуться в дикую природу.
Мы ещё не запустили работу с животными, и заранее всего не предсказать, но базовая позиция такая: в первую очередь принимаем тех, у кого есть шанс на выпуск. Это не зоопарк и не пункт передержки, у центра другая задача. Если кого-то вылечили, а в дикой природе он уже не выживет или слишком привык к человеку, часть таких животных, возможно, останется у нас на постоянной основе. Но превращаться в зоопарк мы точно не хотим.
- Вместе со строительством Центра вы активно развиваете программу «Земля медведя: правила добрососедства». Расскажите подробнее об этой инициативе. Как вы планируете масштабировать просвещение среди местных жителей и потока туристов? Когда можно ждать первые положительные результаты?
- Центр будет заниматься работой с животными, но конфликты практически всегда начинаются с действий человека. Для конкретного зверя, конечно, важно, чтобы его вылечили, но, если смотреть на популяцию в целом, работа с людьми и её результаты значат куда больше. Поэтому программу «Земля медведя: правила добрососедства» мы начали ещё до запуска самого центра. Сюда входит довольно много всего. Форма тут вторична: статья это, лекция, мультфильм, пост в соцсетях или памятка в туристической локации. Цель всегда одна — объяснить, откуда берутся конфликты и как их избежать. Дальше хочется двигаться и в сторону административной работы, например, добиваться, чтобы свалки и помойки были недоступны для медведей. В планах это есть. Просветительская часть тоже продолжит расти.
Быстрых результатов мы не ждём, хорошо, если они появятся в ближайшие 5–10 лет. Это не тот случай, когда на протяжении полугода мы рассказывали людям о безопасном соседстве, и все резко стали вести себя правильно, а конфликты исчезли. Так не бывает. Это долгая, планомерная работа. Похожий путь уже проходили другие страны, и мы, хочется верить, его тоже пройдём. Но безопасность на медвежьей территории зависит от всех: государства, бизнеса, жителей и туристов, а достучаться до каждого — долгий труд.
- Помимо медведей, кто ещё станет потенциальным пациентом Центра? Будет ли здесь развёрнута госпитальная база для реабилитации других диких животных, например, птиц или лисиц?
- Центр создаётся для диких животных Камчатки в целом, медведи — лишь часть нашей будущей работы. Лисицы, птицы, тюлени, любой дикий зверь полуострова, который пострадал по вине человека и у которого, как считают специалисты, ещё есть шанс вернуться в дикую природу, — это и есть наш «клиент».
- Центр строится без бюджетных денег, на частные и корпоративные пожертвования. Кто вас сегодня поддерживает?
- Мы благодарны банку ВТБ — это наш главный партнёр с самого начала проекта, без такой поддержки многого просто не случилось бы. Но одним крупным партнёром дело не ограничивается. Помогают и другие компании, и обычные люди, причём не обязательно крупными суммами. Даже условные сто рублей на самом деле имеют значение. Каждое такое пожертвование — это ещё и знак, что человеку не всё равно, что происходит вокруг него на Камчатке. Так постепенно вокруг проекта складывается настоящее сообщество: фонд, партнёры и сотни людей, которые чувствуют себя частью этой истории. И за это мы благодарны каждому.
- Каким вы видите Центр через 5–10 лет и сможет ли модель «Земли медведя» стать образцом для создания аналогичных центров реабилитации в других заповедных регионах России?
- Загадывать на пять или десять лет вперёд не берусь. Сначала нужно достроить и запустить сам центр, а уже потом разбираться, получится ли из него образец для подражания. Но в России сегодня работает много классных команд, которые двигают природоохранное дело вперёд, каждая на своём участке. Мы не воспринимаем это как конкуренцию, скорее, как общее дело. Чем больше таких центров появится по стране, тем лучше. И если наш опыт кому-то однажды пригодится, будем только рады.
Следить, как продвигается создание центра, можно на сайте проекта: землямедведя.рф
Подготовила Алиса ЩЕДРИНА, РАИ «КАМЧАТКА-ИНФОРМ»
Фото из архива Фонда защитников природы
Инфоблок необходим для работы данного компонента. Инфоблок не задан.
Комментарии(0)