«Радио 3». 20 лет спустя

«Радио 3». 20 лет спустя

14 апреля 2017 19:16
18383

«Радио 3». 20 лет спустя

14 апреля исполнилось 20 лет любимой камчатцами радиостанции. Уже несколько лет «Радио 3» нет в привычном виде. На любимой волне вещает другое радио. Но тысячи жителей Камчатки до сих пор помнят «Треху» и всех, кто был причастен к работе самой яркой команды в истории радиовещания полуострова.

104,5 – с такой частотой бьётся сердце Камчатки!

Андрей ЖИГУЛИН, главный редактор «Радио-3»:

«Эта заметка для тех, кто помнит «Радио 3», в чьем сердце еще живут огонь и страсть наших эфиров. …20 лет назад. Темное апрельское утро; крохотная студия звукозаписи с CD-проигрывателем и кассетным магнитофоном в жилом доме на 4 километре; три часа эфира на средневолновой частоте 855 кГц с шипением и помехами; вырезки из газет с новостями, чай, «Доширак» и несколько человек с горящими глазами. Так 20 лет назад 14 апреля 1997 года начиналось «Радио 3» – один из самых ярких медийных проектов в истории полуострова.

Мы верили в то, что делали, и поэтому все получилось. Потом были новые частоты, 24 часа вещания в сутки, звездные имена, громкие акции, признание и любовь слушателей. «Трешка» стала народной станцией, биением сердца Камчатки, визитной карточкой полуострова, голосом далекого уголка России.

«Найди свою волну в этом море эфира, пусть каждый новый день будет полон тепла…» – строки из джингла-гимна «Радио 3» вспомнит практически каждый житель края, кто настраивал свои приемники на 104,5 FM или 1233AM. Между собой на «Трехе» первую строку иногда перефразировали в версию «найди свою волну в этом море кефира», тем самым неполиткорректно отстраиваясь от конкурентов.

Многие программы «Трешки» превратились в самостоятельные узнаваемые бренды. «Новости в полдень», «Топ-коктейль», «Хит-парад 855 по Фаренгейту», «Запаска», «Новости от народных корреспондентов», «Формула 104,5», «Сказки Дяди Гены», «Ритмы антимира», «5-я Стройка» и т. д. и т. п. Суперпроекты от «Радио 3» – народные акции и шоу создали целые истории со своей драматургией и жизнью. Народная премия «Золотая трешка», «День молодежи «Солнечный удар», дискотека 80-х «Багама-мама», «Зимние Неолимпийские игры», «Битва железных монстров», «Звездная радуга». Есть что вспомнить! Позже «Трешка» начала экспансию в телевизионный эфир. Появилось творческое объединение «10 канал», «Вечерние новости», «Территория», «Оранжевое утро». Вроде бы совершенно отдельная история, но, да простят меня коллеги-телевизионщики, для нас это все равно было продолжением «Радио 3».

«Радио 3» ворвалось в камчатский эфир на заре эры российского FM-радиовещания. Радиостанция стремительно стала модным брендом и каждый день притягивала к себе все новые и новые таланты.

В радио были музыка, романтика, секс и драйв. Молодость, энергия и 100-процентный креатив. Каждый день приносил что-то новое: события, проекты, идеи, людей, ошибки, конфликты, споры, кризисы, слезы и радости, победы и свершения, новые повороты сюжета, творческие решения, иронию и юмор. Танкер привозил дрова, спасали собаку с крыши пятиэтажки, выкуривали беглую макаку Яшу из студии новостей, тушили пожары, отбивались от питерского хулиганья, вместе пурговали и откапывали земляков, поднимали стадионы и пели многотысячной толпой «Солнечный круг» под проливным дождем, отжигали до упаду на дискаче для взрослых. Мы варились в самой гуще этого веселого водоворота и были настоящим радио, а не кассовым аппаратом с антенной, как называют сейчас в профессиональной среде уважаемые сетевые станции.

По прошествии лет можно точно сказать: нам повезло. Мы занимались любимой работой в окружении невероятно интересных людей в бизнес-проекте с прогрессивным руководством, вовлеченными и рисковыми учредителями, с благодарными слушателями и партнерами в условиях политической свободы в странном и уникальном месте со своей космической энергетикой под названием Камчатка. Мы оказались в нужное время в нужном месте.

Лично для меня, как главного редактора, «Радио 3» было делом и смыслом жизни, возможностью создавать и гореть в полном накале. Такое случается, когда нашел свой путь, не дрейфишь и идешь вперед по звездам. Тогда, несмотря на трудности и препятствия, все получается и складывается в счастливую парадигму.

Если бы меня спросили, хотел бы ты прожить часть жизни под названием «Радио 3» как-то по-другому, я бы ответил: конечно, нет. Ну, разве постарался бы сделать так, чтобы «Трешка» осталась в эфире, да еще бы изменил пару-тройку моментов. Но это тема отдельного разговора. Бизнес – школа суровая. В любом случае история не знает сослагательного наклонения. Но бренды иной раз живут дольше, чем им уготовано. Была характерная история на эту тему. Уже несколько лет, как «Радио 3» не выходило в эфир. Прилетел на Камчатку. Заказываем с товарищем вечером такси на Лукашевского, 5. «А, это где «Радио 3»?!», – спрашивает диспетчер…

Совершенно точно можно сказать, что «Треха», несмотря на антипедагогическое название, стала профессиональным университетом для всех, кто на ней работал, прародителем камчатского FM-радиовещания и яркой историей в жизни многих людей. Моей, безусловно, тоже. И спасибо за эту незабываемую страницу моим партнерам, коллегам по работе, всем радиослушателям, друзьям, семье и любимой Камчатке.

Этот тост сегодня за всех, кто делал «Радио 3»: Эдуард Лобачев, Сергей Нигорян, Андрей Жигулин, Антонина Зайцева, Андрей Каминский, Алена Боярская (DJ Алена), Анна Толстик, Павел Лобеко (DJ Паоло), Кирилл Зуб, Евгений Самко, Станислав Зверев, Мурат Акоев, Алексей Гончаров (DJ Алекс), Василина Тихонова (DJ Василина), Максим Кассап (DJ Макс 8), Гузель Латыпова, Татьяна Сулаквелидзе, Наталья Лебедкина, Анжела Николюк, Алексей Трефилов, Алик Ривкин, Артем Корж (DJ Артемий), Виктория Кожевникова (DJ Виктория), Наталья Смирнова, Анна Шляхова, Александра Шадрина, Елена Суслова, Илья Мельников, Владимир Анисимов, Федор Коваленко, Ольга Дворцова, Алена Федоренко, Николай Мудренов, Татьяна Новицкая, Маргарита Жигулина, Мария Наливайко, Марина Кремлева, Василий Мясников, Елена Аверкова/Жигулина (DJ Милена), Олег Курдюков, Маким Цверкун, Дмитрий Шадрин, Руслана Тихонова (DJ Руслана), Надежда Бондаренко, Геннадий Шеренговский (DJ Дядя Гена), Светлана Портнягина (DJ Светлана), Антон Шпак, Ирина Цветкова (DJ Ирина), Зоя Янышева, Алексей Сорокин, Олег Жигулин, Олег Корягин, Наталья Шевченко (DJ Марьяна), Сергей Истратов, Антон Старицын, Владимир Яковлев, Оксана Кассап, Юрий Бушелев, Владимир Горохов (Юрчик и Вовчик), Андрей Баташев, Игорь Привалов, Сергей Вашкин, Александр Сташевский, Евгений Фарапонов, Валентин Запорожец.

И за тех, кто был с нами. Будем!»

Радио внуТРИ

Кирилл ЗУБ, репортер:

«Иногда задаю себе вопрос: а что бы я делал, если бы не пришел на Радио? Сейчас, конечно, фантазия подкидывает много вариантов. Работой для души могла стать местная телестудия или газета. Здравый смысл подсовывал диплом учителя русского языка и показывал на ближайшую школу, где такие, как я, требуются до сих пор.

Я выбрал Радио. Нарастающую аритмию за секунду до лампочки «ЭФИР», тарахтение генератора и капли парафина на листочке с новостями в обесточенной студии, стадион восторженных глаз на общегородской радиодискотеке, суточные зимовки в занесенной сугробами редакции, ком в горле при взгляде на фотографии нас 20-летней давности, таких молодых, красивых и беспечных.

Я выбрал Радио. О том, насколько важным было то, чем мы тогда занимались, жизнь напоминает мне до сих пор. 9 лет я живу в Калининграде. С периодичностью раз в три-четыре месяца здесь, на крайнем Западе, встречаю земляка, который, узнав мою кучерявую физиономию, говорит мне много приятных слов. Ключевые – «Радио ТРИ» и «спасибо». За то, что искренне старались быть полезными, за то, что стали по-настоящему родными для всех и каждого. За выученные наизусть названия топливных танкеров, привозивших в город свет и тепло, за песни, которые хотелось слушать снова и снова. За выигранный в конкурсе диск. За поздравление в вечернем «Топ-коктейле» и свадьбу после знакомства на «Встречной полосе».

С праздником, мои дорогие радиотрешные коллеги и начальники. Не хочу и не буду писать про вас, «бывшие». Вы остаетесь самыми настоящими. Светлая память Лехе Трефилову. Друг, ты всегда с нами.

С юбилеем, Камчатка! Сделай погромче Радио внуТРИ!»

Вкус настоящей журналистики

Гузель ЛАТЫПОВА, редактор службы новостей:

«Мне повезло работать в самой боевой и яркой команде на лучшем радио в лучшие времена для российской журналистики.

Я попала на «Треху» случайно. В 1996 году, работая в газете, получила неожиданное предложение от Андрея Жигулина пойти к ним на новую радиостанцию. Радио?! Да я и говорить-то не умею, и голос у меня не радийный. Отказалась, а через несколько месяцев Жигулин все-таки завел меня на пробы. Звукорежиссер Евгений Самко дал мне какой-то текст, записал, как читаю. И покачал головой – не подходит. Но меня, как человека с журналистской практикой, все-таки пригласили на работу. Я долго не подходила к микрофону. После того взгляда Жеки Самко на пробах эфира боялась как огня… Постепенно начала говорить. Были и курьезы. Как-то, не зная, что микрофон включен, матюгнулась в эфир, сказав: «Я никогда … не научусь говорить!». Потом полдня звонили радиослушатели, говорили, что все получится. Ну, и вроде бы получилось. Уже в 2000 году я получила престижную тогда награду – премию «Золотой микрофон» Союза журналистов Камчатки.

Все-таки это было ненормальное радио. Мы были первыми, и, пожалуй, последними, кто в постсоветское время сумел на Камчатке сделать не фоновое, а, может, и именное, независимое радио. Среди нас не было серых. И главный редактор до определенного времени умудрялся как-то это в нас культивировать. Учредители же долго не вмешивались в редакционную политику, что позволило работать по-настоящему и хулиганить в меру. Но, наверное, не стало прежнего «Радио 3» именно из-за того, что звездочки переросли себя и обстоятельства, а кто-то и перегорел…

«Треха» научила меня работать в команде, там я отточила свой несносный перфекционизм, почувствовала вкус настоящей журналистики. После этого непросто работать в других условиях, ибо заданная планка слишком высока. А опыт, полученный на «Трехе», помогает в любой работе.

Я безумно любила свою работу и счастлива, что она была нужна людям. Как-то вулканолог Алексей Озеров сказал: «Когда я возвращаюсь на Камчатку, мне надо обязательно включить в машине «Треху». И только когда я слышу тебя, Гулька, или Аню Толстик, я понимаю, что всё, дома, наконец. И, значит, все хорошо, все правильно». После этого признания я поняла, что не зря и в пургу, и в ливень, и в будни, и в праздники к 6 утра мы топали на Лукашевского, 5.

Спасибо моим любимым «трешникам» за самые счастливые 10 лет моей жизни! Настоятельно прошу записать это в красную книгу моих речей!»

«Лучшей работы, чем «Радио-3», у меня не было»

Анжела НИКОЛЮК, репортер:

«Помню, как пришла в новый коллектив и с первого же дня влилась в него, настолько там все были свои, открытые, ясные какие-то, что ли. И хотя каждый был «звездой», каждый при этом был хорошим человеком. На эфирах всегда было легко и приятно работать. С Серегой Покровским, Лешкой Гончаровым, Максом Восьмым, Аликом Ривкиным, Димой Шадриным – да много у нас было прекрасных, остроумных и талантливых ведущих. Мне и сегодня не хватает моих коллег по новостям Стаса Зверева, Тани Сулаквелидзе, Наташи Лебедкиной, Гули Латыповой, Лешки Трефилова. Леха вообще всегда был на позитиве. Мы постоянно смеялись. Столько всего было пережито вместе… Столько событий! Вместе отслеживали любое ЧП, искали пропавших рыбаков, моряков, туристов, вместе с их семьями переживали беду и искренне радовались, когда все заканчивалось хорошо. Дай Бог всем работать в таком коллективе, в каком посчастливилось работать мне.

Наш редактор Андрей Жигулин был довольно требователен, но настолько все понимал, что делалось все как-то легко, и не было ничего невозможного. Хотя мы постоянно учились. Учились профессионализму, воплощать творческие идеи, учились взаимоотношениям, сопереживанию, вообще учились любить жизнь. И это всегда останется с нами. Также как «Радио-3» – есть, и мы – есть».

С Днем рождения, любимая «Трешка»!

Газета «КАМЧАТСКИЙ КРАЙ»

Фото из архива сотрудников «Радио3».

14 апреля 2017 г.

  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
  • «Радио 3». 20 лет спустя.
«Радио 3». 20 лет спустя

Обсудить

 
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
 

Учиться никогда не поздно – как экономист стал пилотом Аэрофлота и облетел всю Россию (и не только)

28.12.2022
4084
Учиться никогда не поздно – как экономист стал пилотом Аэрофлота и облетел всю Россию (и не только)

В декабре старший пилот-инструктор Олег Барчугов отмечает юбилей – 15 лет в гражданской авиации. За его плечами (и штурвалом) – больше 9000 летных часов, более 130 городов и 35 стран. Но свою карьеру в гражданской авиации Барчугов начинал с полётов по России, а Камчатка стала одним из самых ярких впечатлений нашего героя за всю жизнь. О том, как построить успешную карьеру в авиации, где сегодня учиться пилотированию и чем отличаются полёты на Дальний Восток от всех остальных – в нашем интервью.

-Олег Леонидович, давайте начнём сначала. Как вы пришли в авиацию?

-Я мечтал о небе всегда, но попал в гражданскую авиацию только в 26 лет – тогда возрастной ценз на поступление в авиационное училище, существовавший в СССР, отменили, и я рискнул изменить жизнь на 180 градусов. На тот момент у меня уже было законченное высшее образование по экономической специальности, свободный английский и небольшой собственный бизнес по организации рабочих и учебных программ для молодежи за границей. А понимания, что и как устроено в авиации – не было. Близкие тоже не могли меня просветить – никто их них не был хотя бы отдалённо связан с пилотированием. Поэтому я решил спросить про учёбу в весьма неожиданном месте – на популярном в те годы форуме «AVIA.ru». Создал ветку «Подскажите – где учиться летать?!» и взял себе псевдоним Баранкин, который остался со мной надолго.

-И как, подсказали?

-Да. В России всего два высших авиационных училища – в Ульяновске и в Санкт-Петербурге. Я готовился поступать туда примерно полгода – заново вспоминал русский язык, физику, математику, занимался с репетиторами. А еще пришлось готовиться к сдаче нормативов по физкультуре. Пожалуй, это было даже посложнее, чем физика или математика. Но дорогу осилит идущий – после ежедневных тренировок я стал худо-бедно справляться с подтягиваниями и бегом на короткие и длинные дистанции.

-Куда в итоге поступили?

-На вступительной комиссии в Ульяновске меня ошарашили: так как высшее образование у меня уже было, то взять на бюджет меня не могли. Я расстроился, но не отступил. Оказалось, что бесплатно можно учиться один раз в высшем учебном заведении и один раз в среднем, а в России есть несколько летных училищ, которые как раз относятся к среднему специальному образованию. Я не особо верил в успех этой истории, всё-таки училище – это не университет. Но попытка – не пытка. Выбрал Сасовское лётное училище гражданской авиации в Рязанской области, сдал все экзамены на отлично и убедился, что всё, что ни делается – к лучшему. И хотя быт в казармах был весьма спартанским – жили по пятьдесят человек в одном помещении, а походы в общественнную баню ограничивались одним разом в неделю – я вспоминаю то время с ностальгией. Было много надежд, знакомств, предвкушений будущих полётов.

-Как проходило само обучение? Когда вы начали летать «по-настоящему»?

-Основную группу курсантов составили те, кто только что окончил школу, - им учиться предстояло три года. Нас же – «вышкарей» – набралось 12 человек, самому старшему – под тридцать. Благодаря перезачету общеобразовательных предметов с вузовской программы, теорию «вышкари» прошли относительно быстро. А все положенные лётные упражнения мы отточили за одно лето, поэтому в целом процесс обучения у меня занял полтора года. В декабре 2007 года я, свежеиспечённый пилот гражданской авиации с красным дипломом, пошёл искать работу в существовавшие тогда авиакомпании, в том числе «Аэрофлот» и «Трансаэро». Наша подготовка была очень хорошей, да и сами собеседования были несложными – пилотов в то время отрывали с руками и ногами. Я, вместе со многими из выпуска, смог пройти отбор в «Аэрофлот». Но тут всё оказалось не так просто: реально летать мы умели только на Ан-2, а самолёты этого типа «Аэрофлот» уже давно не использовал. Поэтому нас взяли с условием: переучиться на ТУ-154М, но и на нём полетать не удалось – «Аэрофлот» принял решение переходить на Airbus A320. Считаю, мне повезло – я в самом начале карьеры получил возможность летать на среднемагистральном самолёте мирового класса, практически безупречном воплощении инженерной мысли. С момента окончания училища до магистральных полетов прошло около полутора лет. Получается, за три года я из мечтателя превратился в пилота, управляющего большим пассажирским лайнером. До настоящего профессионализма было, конечно, ещё далеко, но уже тогда каждый, даже самый тяжелый, полет приносил огромное удовольствие.

-Полёты на Дальний Восток были тяжелыми или наоборот?

-Они были особенными. Не могу сказать, что я много летал на Дальний Восток – всё-таки специализируюсь на управлении среднемагистральными самолётами. Но такой особенный опыт у меня был – в 2009-2010 годах «Аэрофлот» активно рассматривал развитие на этом направлении, вводил новые маршруты, создавая конкуренцию местным авиакомпаниям. Пилотам тоже нужно было учиться управлять самолётами в новых условиях – так я оказался на Камчатке, а ещё в Хабаровске, Южно-Сахалинске, Владивостоке. Наши самолёты «курсировали» по маршруту между этими городами.

-Какими были впечатления от Камчатки?

-По правде говоря, Камчатку я видел только из кабины самолёта - к сожалению, в город мы не выходили. Но, поверьте, и этого оказалось достаточно. Как поётся в песне: «Мне сверху видно всё». Камчатка запомнилась мне ещё и тем, что здесь я, будучи вторым пилотом, установил личный рекорд скорости: дело в том, что на дозвуковых самолетах, предел скорости такого лайнера нашего класса — примерно 900 км/ч, величина в зависимости от разных параметров меняется. Во время полёта на Камчатку у нас был строго попутный ветер, воздушные массы двигались так быстро, что самолёт набрал скорость выше скорости звука. В итоге до места назначения мы вместо четырёх часов домчали за два с половиной. Помню, пассажиры очень удивлялись, спрашивали, туда ли мы прилетели...

-А в целом по особенностям пилотирования Камчатка отличается от других регионов?

-Конечно. В первую очередь – это особенности связи. В то время, когда летал я, связь, бывает пропадала, приходилось поддерживать её по резервным каналам HF (КВ-связь). С 2010 ситуация стала лучше – поставили усилители, промежуточные наземные ретрансляторы, так как расстояния очень большие. Но всё равно прецеденты случаются, и пилоты остаются на КВ-связи, на которую влияет много разных факторов, в том числе и время суток, и погода. Принятие решения на вылет происходит с учетом прогноза по трассе на 6-12 часов, который делают авиационные синоптики.

Ещё одна особенность – то, что Камчатка – это горы и вулканы. А горные аэропорты накладывают ещё больше ограничений на пилота. Вообще, аэродромы во всем мире делятся на три категории А, B, C по сложности. На это может влиять и местность, и нестандартные размеры полосы. Например, аэропорт Челябинска – это категория А, а Петропавловск-Камчатский – однозначно B, т.к. это горный аэропорт. А аэропорт в Инсбруке (Австрия) – ещё сложнее, так как для захода требуется полёт по ущелью. Самолет ведь не вертолет, он не может сверху опуститься в определённое место, ему нужно снизиться по ущелью и потом так же подняться.

-На Камчатке незаменимы вертолёты - и в туристические места, и в районы, где ведется промышленная деятельность. Какие отличия между управлением самолетом и вертолётом? Или много общего?

-Общее у них только небо. Самолёты – это про постоянную скорость и движение вперёд. Если самолёт остановится, зависнет в полёте – он упадёт. Вертолёты, наоборот, про постоянное маневрирование, зависание на одной или нескольких высотах. «Вертолётчикам» проще переучиться на пилота самолёта, это связано с особенностями управления.

-А вам никогда не хотелось стать пилотом вертолёта?

-Нет, это всё-таки разные истории, каждому своё.

-Ваш первый полёт в качестве командира лайнера тоже был на Дальний Восток?

-Из Москвы на Дальний Восток летают только дальнемагистральные самолеты, а я все это время летал на среднемагистральном А320. Командиром лайнера я стал 10 лет назад, сдав многочисленные теоретические экзамены и пройдя на отлично летные проверки в рейсовых условиях и на тренажере. Первый полет, как первый поцелуй, – запоминается на всю жизнь. На борту больше нет инструктора, который может тебе помочь и подсказать. Разумеется, есть второй пилот, но только ты принимаешь окончательные решения и несешь за них ответственность. Мой первый рейс в качестве командира корабля был по маршруту: Москва – Рига – Москва. Когда все пассажиры ушли, я поблагодарил бортпроводников по громкой за участие в моем первом самостоятельном полете. Что тут началось! Девушки прибежали поздравлять и обнимать меня, это был очень эмоциональный и запоминающийся момент.

-А как получилось, что вы стали наставником для молодых пилотов?

-Свою квалификационную отметку «Инструктор» в лётное свидетельство я получил в 2016 году, через четыре года как стал командиром А320. Аэрофлот отбирал командиров, готовых стать наставником для молодых неопытных пилотов. До сих пор уверен, что инструктор – самая сложная и при этом самая интересная работа. Опытный лётчик должен только направлять, а не вмешиваться в корявое летание стажера, позволять ему ошибаться и исправлять ошибки. Разумеется, не подвергая риску полёт и жизнь пассажиров.

Это хорошо, что пассажиры, многие из которых и так боятся летать, не знают, что у них за штурвалом – стажер. Но, если подумать, а как еще пилоту стать профессионалом? Многие могут возразить – мол, учитесь летать на самолёте без пассажиров. И так действительно учатся – после тренажера пилоту даётся так называемая «аэродромная тренировка», когда пустой самолет с несколькими стажерами и опытным инструктором летает в районе аэродрома, тренируя взлет и посадку. Но, во-первых, пустой самолет ведет себя не так, как хорошо загруженный, а, во-вторых, это безумно дорого. Так что нормально, что стажёра сразу бросают «с места в карьер» – да, он может ошибиться, но на этот случай рядом есть опытный инструктор, готовый в любой момент исправить допущенную неточность. Работая на этой должности, я стал разбираться в разных психотипах людей, иногда даже заранее мог предположить, какой ошибки ждать от стажера и как лучше объяснить ему выполнение того или иного манёвра. Почти со всеми своими бывшими стажёрами я общаюсь, а с некоторыми и дружу.

-А не было мысли уйти из авиации?

-Никогда. Но зато после очередного очень непростого рейса у меня появилась идея параллельно создать продукт, который бы упрощал пилотам процесс принятия решений. В 2017 году я разработал и с тех пор поддерживаю приложение для мобильных устройств «Wind Check». Оно облегчает пилотам принятие решений на взлет или посадку в каждом конкретном случае – а таких решений, поверьте, приходится принимать много даже в рамках одного полёта. Пилот ведь тоже человек, он может быть не в духе или просто не выспаться. В моё приложение можно заранее, ещё только готовясь к сложному взлету или посадке, заложить важные параметры конкретного полета, чтобы в критически важный момент не делать сложных подсчетов в голове, а просто посмотреть на экран мобильного устройства. Получилась своего рода шпаргалка для пилота. И её я сейчас дорабатываю – новое приложение должно значительно превзойти предыдущее по функционалу.

-Каким должен быть пилот? Дайте небольшое напутствие молодым камчатским ребятам, кто только ищет себя или, как и вы, давно мечтает о небе.

-В российской системе традиционно считается, что пилот должен досконально знать устройство каждого агрегата самолета, характерные признаки неисправностей, физический принцип действия приборов и много еще чего. Но я всё-таки считаю, что ремонтировать самолеты и конструировать новые должны одни специалисты, а уметь управлять этими агрегатами – другие. Так что желаю сначала определиться, что вам действительно интересно. А затем – целенаправленно идти к свои целям, не отказываться от того, что вы для себя наметили, и искать разные возможности для исполнения своих желаний. И да, не переставайте мечтать!

Беседовала Елена ПОПОВА, фото из личного архива Олега БАРЧУГОВА

Людмила Аграновская - жизнь на склонах «Эдельвейса»

22.12.2022
1929
Людмила Аграновская - жизнь на склонах «Эдельвейса»

Камчатка простилась со своей горнолыжной и альпинистской легендой - Людмилой Аграновской. Человеком, с чьим именем связана история камчатского спорта второй половины ХХ столетия и наступившего века.

Спортивная биография Людмилы Семеновны, как хороший пример стойкости в достижении результата, спортивного и тренерского успеха. Она родилась в 1932 году на Сахалине. Альпинизмом начала заниматься в 1955 году на Кавказе, где окончила школу горных инструкторов. Совершила семь восхождений на вершины выше 7000 метров, став первой в СССР женщиной, получившей звание «Снежный барс» со знаком №16. Аграновская стала первой в мире женщиной, поднявшейся на высшие точки Советского Союза — пик Коммунизма и пик Победы.

В разные годы Людмила Аграновская защищала цвета спортивных обществ «Крылья советов», «Динамо» и «Спартак». А в 60-х, когда пришло время передавать накопленный опыт, вместе со своим супругом Германом Аграновским переехала на Камчатку. Талантливые и полные амбициозных планов спортсмены основали в черте Петропавловска-Камчатского горнолыжную базу «Эдельвейс», которая стала и яслями, и Alma mater, и кузницей будущих камчатских звёзд отечественного горнолыжного спорта. Здесь супружеский тренерский тандем обучал горнолыжному искусству детей, разрабатывая собственные программы для подготовки. И эти методики подарили Камчатке немало чемпионов.

Людмила Аграновская - жизнь на склонах «Эдельвейса» С Людмилой Аграновской я познакомился в 2001 году, записав интервью для телекомпании «Причал». Позже, когда работал на «Радио СВ» и в ГТРК «Камчатка», мы часто встречались и всегда находили много тем для интересных бесед и материалов для СМИ. Поверьте, Аграновской всегда было о чём рассказать и что вспомнить. Ведь каждое слово в её воспоминаниях - это яркая страница истории камчатского спорта. Последнее интервью с Людмилой Семёновной я записал десять лет назад по заказу популярного журнала «Русская зима». Оно было посвящено восьмидесятилетию Германа Аграновского и многое сказанное Людмилой Семёновной тогда актуально и сейчас. А, значит, имеем право вспомнить. И вот что она рассказала о создании легендарного «Эдельвейса»:

- В 1968 году открывались горнолыжные школы по всему Советскому Союзу. Это Кавказ, Урал, Сибирь и Дальний Восток. Старшим тренером по горным лыжам и альпинизму тогда был Владимир Зырянов. Он предложил Гере заняться большой тренерской работой в Сочи. Мы к тому времени были уже международными мастерами, а Герман объездил почти весь Союз – от Ленинграда до Кабардино-Балкарии и Урала. Долго выбирать нам не пришлось. Один из наших друзей работал вулканологом на Камчатке. Он сказал, что в Петропавловске-Камчатском на склонах сопок можно кататься на горных лыжах даже летом. Естественно, в том же году мы отправились на Камчатку, где идеи нам подсказывала сама природа. Место для базы выбрали хорошее. Все свои тренерские замыслы мы в первую очередь испытывали на нашей дочери Ольге. Ведь она у нас встала на лыжи в четыре года. И лишь потом, после Оли, мы внедряли разработки в общую практику. Здесь уже были первые школы: открыл секцию Валерий Муравьев, работала тренерская семья Галамиевых. Трудились мы вместе, так как понимали, что делаем одно общее важное дело. Что и принесло свои плоды. Спустя несколько лет сборная СССР по горным лыжам более чем наполовину была составлена из камчатских спортсменов.

Людмила Аграновская - жизнь на склонах «Эдельвейса» С особым теплом Людмила Семёновна говорила о своём супруге и бессменном партнёре по многолетней тренерской работе. Именно здесь начинаешь понимать важность их совместной деятельности. Поэтому, не ошибусь, называя Германа Леонидовича Аграновского архитектором успехов созданной ими горнолыжной школы:

- Он очень любил детей и очень хотел вырастить из них спортсменов. Не обязательно чемпионов, а просто жизнерадостных, здоровых и сильных ребят. И все то, чего добилась на Камчатке наша семья, – это, конечно, его заслуга. Даю честное слово, если бы сейчас Гера был жив, то здесь (на горнолыжной базе «Эдельвейс) было бы еще комфортнее и современнее, на склонах были бы новые подъемники...

Спорт был его жизнью. Он окончил географический факультет Ленинградского педагогического института имени Герцена и получил предложение поступить в аспирантуру. Читал лекции в Ленинграде. Но вместе с тем был чемпионом по скалолазанию и всегда говорил, что не может прожить и половины сезона, не сходив в горы и не приняв участия в соревнованиях. Он пережил блокаду, и у него на сердце был рубец. Но, невзирая на этот недуг, в 1957 году он был готов в составе сборной СССР подняться на Эверест. И лишь нестабильная политическая ситуация в Тибете помешала тогда Гере осуществить эту мечту. Была у него и другая мечта – найти свою альпинистско-горнолыжную страну. Вот он ее и нашел на Камчатке. Потому что всегда шел к своей цели. Любил спорт, детей и детей в спорте. Герман мечтал о том, чтобы в каждом районе Петропавловска, где есть хорошие склоны, работали доступные и близкие к месту проживания ребят горнолыжные базы. А тренеры получали бы квартиры рядом с местом работы. Чтобы, как в Австрии и Швейцарии, в камчатской столице были базы прямо рядом с домом.

Людмила Аграновская - жизнь на склонах «Эдельвейса» Самой известной ученицей тренерского тандема Аграновских стала Варвара Зеленская - победительница четырёх этапов Кубка мира, многократная чемпионка России, участница четырех зимних Олимпиад. Со слов Людмилы Семёновны, поначалу Варя была физически не подготовлена, и многое ей давалось с трудом. Но она никогда не боялась скорости, приходила на тренировку первой, а уходила последней. Вот тут и была необходима способность тренера раскрыть своих учеников. Поделилась Людмила Аграновская и своим видением процессов воспитания и некоторыми секретами сотворения чемпиона:

- Во-первых, важно, чтобы ребенка поддерживала его семья. Хорошо, когда дети катаются с мамой и папой. Мы берем совсем маленьких. Например, мои внуки Сема и Гера очень рано встали на лыжи. Но все же самый оптимальный возраст – 4-5 лет. До восьми лет ребенок должен очень много кататься по разным склонам, чтобы почувствовать лыжи. К десяти годам ребенок уже начинает четко понимать, что он делает, для чего катается на лыжах и соревнуется... Если наш воспитанник и не станет чемпионом, то хотя бы научится хорошо кататься. А найти талантливых и желающих заниматься несложно. Если ребенок во время занятия спрашивает: «Скоро ли закончится тренировка?», – то ему это неинтересно, ни Ингемара Стенмарка, ни Жан-Клода Килли из него не получится. Я всегда задаю им вопрос: «Вы сами хотите кататься на лыжах или это желание папы и мамы?», но мы никогда ни одного ребенка не отчислили... Трудолюбие, смелость и любовь к предмету – это залог успеха. Это и есть талант! В горных лыжах из-под палки работать бессмысленно. Я детям всегда говорю: учитесь побеждать себя, и тогда научитесь побеждать соперника.

Людмила Аграновская - жизнь на склонах «Эдельвейса» Говоря о перспективах развития горнолыжного спорта в Камчатском крае, Аграновская акцентировала внимание на острой необходимости развития инфраструктуры - хорошие современные подъемники, снежные пушки и освещение на каждом склоне. Сейчас проблема частично решена, но по-прежнему актуальна. С учётом того, что камчатские горнолыжники вопреки всему продолжают успешно бороться на чемпионатах и первенствах и по сей день, Людмила Семёновна всегда делала ставку на быт, трудолюбие и талант спортсмена, его умение работать в тандеме с тренером:

- Юные спортсмены просто должны много кататься и тренироваться. Например, Варя Зеленская на тренировках никогда не знала жалости к себе. Она после каждого тренировочного дня возвращалась в раздевалку вся мокрая от колоссальных нагрузок. Поэтому она и стала той самой Зеленской, которую сегодня знает весь горнолыжный мир. И жить горнолыжнику надо полной жизнью. В нашем городе он может и должен ходить в театр, получать хорошее образование, жить дома, где он себя чувствует комфортно, и кушать домашние пироги. Во всяком случае, когда ты попадаешь в сборную – это уже твоя специальность, ты уже профессор.

Я спросил, в чем секрет ее невероятной спортивной активности и долголетия? Если коротко, то в единомышленниках, в наследниках, в людях, которые рядом, говорила Людмила Семёновна Аграновская:

- Рядом со мной всегда понимающие и трудолюбивые соратники. Они, как и я, любят то, чем занимаются. Знают, ради чего они это делают и никогда не предадут. Тренеры, канатчики и сами ученики – это единый организм, который составляют безнадежно влюбленные в горнолыжный спорт люди. Мы счастливы, и в этом секрет всех наших побед и долгих лет в спорте. Другой судьбы для себя я и представить не могу, иным делом заниматься не хочу и не умею.

Людмила Аграновская - жизнь на склонах «Эдельвейса» С уходом Людмилы Аграновской завершается и часть огромной и знаковой советской эпохи в камчатском горнолыжном спорте: талантливый педагог, альпинистка, Почётный мастер спорта СССР, автор работ по горнолыжной подготовке детей, создатель учебных фильмов, Почетный гражданин Петропавловска-Камчатского. Это лишь часть званий и титулов женщины, ставшей второй мамой для сотен камчатских воспитанников её школы. Горнолыжной школы и школы жизни династии Аграновских. Да, именно династии. На снежных склонах «Эдельвейса» прошла большая часть жизни Людмилы Семёновны и здесь продолжает трудиться её дочь - Ольга Аграновская. Выросли и окрылились её внуки - Герман и Семён, которые успешно работают со спортсменами-паралимпийцами.

На Камчатке трудно представить человека с фамилией Аграновский или Аграновская, не имеющего отношения к горным лыжам. Это особая порода людей, которая отныне обязана передавать из поколения в поколение свой жизненный и спортивный опыт. У которой в генах живёт здоровый фанатизм и искренняя любовь к заснеженным горным склонам, самозабвенному трудолюбию и неизбежным трудностям, которые непременно приведут к победе.

Дмитрий ПЮККЕ, РАИ «КАМЧАТКА-ИНФОРМ»

Фото из личного архива семьи АГРАНОВСКИХ

Страницы: 1 2 3 4 5 ... 44 След.